Зураб выхватил меч и начал рубить всех без разбора. Кровь брызнула на занавески паланкина, окрасив их в алый цвет. Толпа немного поутихла, дав Зурабу возможность вытащить свою хозяйку из плена рук. Прижав её к себе, он начал продвигаться вперёд. Но дорога к спасению была закрыта десятком жаждущих отомстить за свои горести. Пройти через них было невозможно. Они были обречены.
Зураб спрятал принцессу за спиной и сжал рукоять меча, выпятив грудь. От напряжения вены на руках раба-телохранителя стали заметнее.
— Ну, кто рискнёт сразиться со мной? — громко и грозно спросил он, делая шаг вперёд.
Толпа немного отступила, потому что никому не хотелось умирать. Хотя их жизнь была ничтожна, они всё же хотели её сохранить. Никто из нищих не решился бросить вызов чёрному гиганту. Они стояли неподвижно, растерянно глядя на дочь Великого Атланта.
Атия осторожно посмотрела на толпу, окружившую их, и от бессилия закрыла глаза. Её паланкин был разломан, а на лицах и руках нищих была кровь. Они словно умылись в крови её рабов. Несчастных разорвали и растоптали! Лучше бы она приняла предложение брата. Телохранители принца не допустили бы подобного. А теперь? От страха Атия теснее прижалась к холодной стене. Если сейчас не произойдёт чудо, их жизнь оборвётся так глупо.
Быть разорванной собственным народом – что может быть ужаснее?
Зураб одной рукой держал меч, а другой сжимал ладонь принцессы, ощущая её страх. Пальцы их владелицы были холодными и влажными. Но верный пёс не отдаст на растерзание голодной стае свою госпожу. Если ему суждено погибнуть, он заберёт с собой и её. Пасть от меча – благородная смерть, не то что быть задушенной грязными руками простолюдинов. И, крепче сжав тонкие пальцы Атии, он прошептал:
– Я не отдам вас. Не бойтесь.
– Я знаю… – тихо ответила принцесса.
Она поняла, что имел в виду телохранитель, и, прижавшись к нему, впервые в жизни попросила:
– Только сделай это быстро.
Загнанная в угол принцесса и раб могли только ждать, кто из них сделает первый шаг навстречу гибели. Любое неверное движение, любой шорох могли привести к новой битве.
Принцесса взмолилась бы богам, если бы верила в них. Но её глаза сами поднялись к небу, а губы беззвучно зашептали: «Я должна жить. Я не умру так».
И тут с главной улицы донеслись стук копыт и крики. Эти звуки быстро приближались. Так мог веселиться только её брат. Его личная охрана почти не давала людям убежать с пути весёлого кортежа.
Они спасены! Боги спасли их! Боги?
Атия стащила с головы шаль, и толпа застыла в ужасе. Её волосы, слипшиеся от крови, ещё ярче горели огнём.
— Принцесса! — крикнул кто-то из толпы.
Люди бросились врассыпную, но по маленькой улице уже мчались всадники, размахивая кнутами и сгоняя их обратно.
По испуганной толпе пробежал шёпот: «Принц… Принц… Принц…»
От него было не скрыться. Они прижимались к стенам, уступая дорогу наследнику императора.
Арий часто устраивал скачки по улицам Атланты. Скорость успокаивала его, а люди, попадавшие под копыта, забавляли. Но в этот раз принц выехал в надежде встретить Атию. Он с нетерпением ждал этой встречи, ведь их отношения стали лучше.
Он промчался по улочкам, где находились ювелирные и косметические лавки, но принцессы там не было. Тогда он подумал, что она выехала за город, и этот узкий проулок был самым коротким путём к главным городским воротам.
Подъехав ближе, Арий едва не закричал от ужаса. Он увидел дочь Великого Атланта, всю в крови, и её чернокожего раба с окровавленным мечом. Носильщики были сломаны, а на мостовой лежали растерзанные трупы. Злость и ненависть бурлящим потоком пробежали по венам принца.
Как они посмели поднять руку на принцессу Атлантиды?
Арий, бросив хлыст на землю, вытащил меч и с криком «Убить всех!» продолжил то, что начал Зураб. Люди вжались в стены, а некоторые попытались пробежать мимо охраны принца, но были зарублены или затоптаны лошадьми.
Поднялся такой душераздирающий крик, что Атия заткнула уши и закричала изо всех сил:
— Стой! Арий, хватит!
Крик принцессы был настолько громким, что принц узнал его среди других. И тут же наступила тишина. Тишина, которую можно было услышать, только если прислушаться к дыханию людей. Нищие больше не кричали, лошади не ржали, телохранители принца замерли. Все смотрели на принцессу.
— Не надо. Они не знали, кто я, — попыталась оправдать людей Атия, но понимала, что Арию сейчас всё равно.