Назир Синх мысленно похвалил девушек за осторожность. Жизнь при дворе научила их быть бдительными, ведь везде есть глаза и уши. Но о чём же они могли разговаривать так рано утром? Видимо, тема для разговора была довольно серьёзной, раз они встали с рассветом, чтобы посекретничать.
Вельможа прижался к кусту роз, не замечая, как острые шипы царапают его тело сквозь одежду.
— Алина, ты уверена? — нервно переспросила Атия.
Сестра, разведя руками и скорчив гримасу, продолжила свой рассказ.
— Да, я вчера отчётливо слышала, как Марий говорил Амурию, что никто не узнает об их тайне. Император ослеп от вина и горя и подписывает любые бумаги, не глядя. И если ему подсунуть на подпись ту бумагу, то он и не заметит. Они только опасаются Назир Синха. — Алина вздохнула. — Амурий сказал: «Этот чужак возомнил себя атлантом! Как будто наша Атлантида — его Родина».
Атия заёрзала на месте от нетерпения, желая узнать всё. Двор её отца всегда полон интриг, но таких она не припомнит. Принцесса чуть не закричала от предвкушения самого интересного в рассказе сестры. Как же первый и второй советники решили обмануть Назир Синха? Третий советник был отнюдь не глупцом. Все бумаги, которые подписывает император, проходят через руки чужеземца. Одно дело — повысить налоги, и совсем другое…
Атия толкнула сестру, чтобы напомнить ей, что Алина уже слишком долго молчит и тем самым интригует. Алина прижала палец к губам и осмотрелась по сторонам, чтобы убедиться, что их разговор не слышат посторонние.
— Назир Синх не будет подавать в тот день бумаги папе, — сказала Алина. — Его отошлют из города под предлогом сверхважной почты из Лемурии. Назир Синх отвечает за государственные бумаги, и ему нужно будет лично получить послание от императора Ё Со и доставить его папе.
— Подожди, — возмутилась Атия. — Я что-то не понимаю. Третий советник не обязан ездить за государственной почтой. Её доставляют гонцы. К тому же только Назир Синх имеет право подавать бумаги на подпись императору. Если его не будет, то бумаги папа не подпишет. Наш император советуется с чужеземцем, прежде чем подписать. Такой план заранее обречён на неудачу. Такую чушь могли придумать только безмозглые тупицы. — Атия засмеялась, ведь она так давно не веселилась.
Алина прервала веселье сестры:
— Ты не дослушала меня, милая сестрица. Ты забыла, что Назир Синх — всего лишь третий советник. Нашему отцу уже всё равно, кто подаёт ему бумаги на подпись. К обеду великий император атлантов будет пьян, раздражён и будет думать только об одном: «Мои красавицы…» — с презрением произнесла младшая принцесса. Она осуждала отца за такое поведение, недостойное правителя. — Амурий и Марий добьются своего. Поверь мне, сестрица.
Три года назад Атия усомнилась бы в словах сестры, но теперь, когда советники императора имели больше власти, чем сам император, сомнений больше не было. Самое обидное — она никак не могла помешать им. Этот документ станет роковым в истории Атлантиды. Империя ослабнет ещё больше.
Подумать только, как они, атланты, могли пойти на такое? Предать свою страну. За предательство по законам Атлантиды полагается смерть, но советники теперь — наивысшая власть в империи. Идти против них — значит навредить самой себе.
Конечно, она может обо всём рассказать, но император не поверит. Он даже не станет слушать и, как обычно, выгонит принцессу. Единственный человек, которого он ещё ласково принимает — это Арий. Но недоумок братец только всё ухудшит. И Алину не пустят на порог императорского дворца. Всесильный до сих пор зол на неё. Младшая принцесса улыбнулась на похоронах Со Чо.
Атия чувствовала себя беспомощной. Она принцесса, дочь императора Атлантиды, и бессильна предотвратить заговор против своей страны. Какие-то вельможи сейчас власть в империи, и она должна подчиняться им.
— Ну что же ты замолчала? О чём задумалась? — спросила Алина.
— Нужно что-то сделать, чтобы их остановить. Они не должны так поступать! У них нет на это никаких прав! — воскликнула Атия, не сдержав эмоций.
— Тише, тише… — Алина бросилась к сестре и попыталась зажать ей рот. — Ты с ума сошла? Нас могут услышать. Атия, пожалуйста, замолчи. Ты хочешь, чтобы с нами что-нибудь случилось?
Атия оттолкнула Алину и встала со скамейки. Она была очень расстроена и возмущена. Чтобы немного успокоиться, бесправная принцесса начала ходить туда-сюда по мощёной дорожке.
Алина сидела, опустив голову. Ей тоже не нравилась сложившаяся ситуация, но что она могла сделать? Они с сестрой находились при дворе императора на очень шатком положении, и в любой момент их могли сослать в окрестности Литты — в маленькое, почти крестьянское поместье, где Алина впервые узнала боль от потери самого родного человека на земле. Атия, как старшая сестра, пыталась заменить ей мать, но это было не то же самое. Алине не хотелось возвращаться туда, где даже стены были пропитаны их детскими слезами.