Добравшись до запретных ворот, она будет, как саблезубая кошка, дожидаться свою добычу в засаде. Играющие рано или поздно пробегут недалеко от священного сада, и среди них, конечно, будет принц. Ей только остаётся попасться на глаза братцу. Заманить его за ворота солнечного парка. А там сыграть на самоуверенности и надменности любимого сына императора.
Охота началась. Принц с горстью своих приближённых — псов — догонял разбежавшихся по запутанным аллеям «зайцев». Он поймал почти всех, но среди пойманных не было его драгоценной сестры. Она как сквозь землю провалилась. Парк императора был огромный, и весь его обыскать за одну ночь невозможно. Наверно, она спряталась где-нибудь на окраине этого зелёного лабиринта. Терпение принца подходило к концу. Его принцесса нашла способ избежать «рабства», а он так надеялся хотя бы один день, но побыть её повелителем. Он, конечно, будет императором, а она была бы его подданной, если бы не уезжала в Лемурию. Жаль, он бы сделал её самой влиятельной и блистательной женщиной империи. Вместе они бы правили вечно. Он исполнял бы любое её желание. Если бы только она захотела…
Но их судьбы решили за них самих. Ему править. Ей быть женой лемурийца. Но ничего, когда он займёт место отца, всё изменится. Арий объявит войну Ё Со и заберёт свою драгоценную сестру. Он вырвет эту красавицу из лап этого заморского монстра.
Гоняясь за оставшимися придворными, принц мечтал, как будет воевать и сражаться за самую прекрасную женщину земли. Разве он мог догадываться, что его дорогая сестрица задумала? Нет, принц был обречён. Он уже запутался в коварных сетях принцессы. Наивный мальчишка боготворил свою сестру, а она, как паук, плела паутину и этой же паутиной медленно, но искусно запутывала жертву власти. В голове Атии даже не мелькнула мысль, может, она не права. Может, стоит поступить по-другому. Обретя такую власть над братом, можно было им крутить и вертеть, как ей вздумается. Её принц был бы просто ширмой. Она — Атия, управляла бы империей. Но роль второстепенной ей не подходила. Быть в тени брата слишком противно и недостойно для такой амбициозной женщины, которой являлась дочь императора. К тому же Назир Синх, её любовник, желал должность первого советника. Чего не сделаешь ради власти и любимых. Отбросив муки совести, если они вообще имели место быть, принцесса вышла из своей засады. Приближались крики и смех. Весёлая компания принца всё же решила осмотреть ведущие к «парку Солнца» дорожки.
Таясь в тени аккуратно выстриженного куста, Атия наблюдала за своей добычей. Арий и его друзья не замечали принцессу. Они даже не ощущали, что за ними кто-то следит. Компания, весело смеясь, бежала вдоль запретного парка. В нужный момент принцесса вышла из-за своего укрытия. Её смог увидеть только принц.
ГЛАВА 11. Запретный сад
ГЛАВА 11. Запретный сад
Тусклый свет обрисовывал хрупкую фигуру принцессы. Она стояла на выложенной камнем тропинке в запретном саду. Никто в империи не осмеливался даже подумать о том, чтобы нарушить границу священного сада. Была ли она настолько смелой или сошла с ума?
Арий дрожал всем телом. Он боялся за свою прекрасную сестру. Согласно преданиям, сейчас небеса разверзнутся и красная молния испепелит того, кто нарушил табу. Но ничего не происходило. Небо было чистым, звёзды мерцали, а луна освещала Атию, словно проложив серебряную дорожку. Это манило принца сделать шаг навстречу сестре.
Арий колебался. В его голове боролись два желания: броситься к принцессе, если она это сделала, и бежать от неё подальше. Его сестра забыла обо всех заветах отцов и этим поступком возвысила себя до богов. Они великие и могущественные! Боги не простят!
Арий уже хотел отступить, потому что его одолевали мысли о неминуемом наказании. Но Атия, заметив его смятение, протянула к нему руки. Всем своим видом она словно говорила ему: «Иди ко мне». Её обаянию было невозможно противостоять. Она была как свеча — в белом платье, с огненными волосами, а он — как мотылёк, летящий навстречу своей гибели. Каждый шаг, который он делал к принцессе, приближал его к неизбежной агонии. Он понимал, что сгорит в её объятиях, и иного пути нет.