Солнце уже садилось, а детей всё не было.
Императору не очень нравилась резкая перемена в поведении детей, но принц был так счастлив, что он почти поверил в искренность принцессы.
Старое сердце отца что-то подозревало. Дочь Рагны не просто так поманила принца пальчиком. Ей что-то нужно... И сегодняшний переполох тоже с этим связан.
Если бы Арий знал, что принцесса ему не сестра, то ничто не смогло бы сдержать его буйную молодую голову. Он, не стесняясь, добивался бы Атию. Возможно, следующей императрицей стала бы дочь севера, но только в качестве супруги Ария. Поэтому Аттила так торопил заключение политического брака. Нужно было срочно убрать рыжую принцессу подальше от принца. Только вдали от наследника она не сможет им управлять.
Императору докладывали обо всех увлечениях его сына. И последнее повергло его в шок. Он узнал, что Атия соблазняла его мальчика. Все её танцы, взгляды и слова... Всё это имело какой-то непонятный для него смысл до сегодняшнего утра. Теперь Его Величество понял, что так падчерица пыталась избавиться от Ария.
К счастью, мальчика вовремя остановили, и кристалл не покинул священного парка. Возможно, Атия подговорила его поднять реликвию и вынести её из храма. Его руки осквернили священный идол, поэтому верховный жрец был так решителен в своих требованиях казнить наследного принца.
Снисходительным он стал только после того, как посетил хранилище с императорскими драгоценностями. За спасение сына император пожертвовал служителям культа половину казны.
Сейчас принцу надлежит быть во дворце, а не разъезжать по Атланте с коварной девчонкой. Если Нагбур узнает о своеволии глупого мальчишки, все попытки спасти сына будут напрасны.
Он проклинал Атию за такое коварство. Эта сучка дурно влияет на его сына. Загулявшую парочку должны немедля доставить в императорский город. Ария во дворец принцев, а Атию в тронный зал. Впервые за двадцать семь лет «отец» собирался устроить принцессе взбучку. Но солнце село, а их так и не нашли. Они словно испарились. В голову императора закралась ужасная мысль: «Они сбежали». Если так, то всё пропало. Все унижения, которые он пережил сегодня, чуть ли не на коленях выпрашивал жизнь сыну! А родная кровинка так поступила со старым отцом. Нет! Это Атия виновата! Это она подбила сыночка на все необдуманные и сумасшедшие поступки. Только она на такое способна.
Император сидел на троне, прижав к больному сердцу ладонь. Годами исправно работающая мышца сдавала. Боль усиливало волнение за Ария. Вот-вот, и оно не выдержит.
Двери в тронный зал отворились, и глашатай объявил:
— Её высочество принцесса Атлантиды, Атия!
Ожиданиям императора пришёл конец. Если мерзавка здесь, то и сын тоже. Теперь он в безопасности. Служители культа отцов ничего не заметили. Как камень с груди свалился. Несчастному папаше стало легче дышать. Припозднившиеся дети соблаговолили всё же вернуться домой.
Но, подняв глаза на Атию, император вновь схватился за грудь. По довольному лицу принцессы Его Величество понял — поздно! Что-то произошло. И это не исправить.
Выдыхая, он спросил:
- Что ты натворила, Атия?
Голос императора чуть был слышен в огромном пространстве тронного зала. Срывающийся шёпот — вот на что сейчас походил его голос.
— Я? — переспросила Атия, не дождавшись ответа отца, сказала: — А что я натворила? Я помогла Арию сбежать от алчных жрецов. Он сам хотел искупить свой проступок. Принц умолял меня помочь ему. А я, отец, не устояла перед его мольбами.
— Замолчи! — воскликнул он. Из уст принцессы слово «отец» вырывалось с той же интонацией, как и самое пошлое ругательство. Да и как она может после всего этого называть его так? — Ты не смеешь так говорить со мной. Я ещё император! Это ты во всём виновата. Ты знала, как он к тебе относится. Ты подбила моего мальчика украсть кристалл, ты обманом выпроводила его из дворца. Чего ты хочешь? Власти?! Нет! Ты её не получишь! — собрав все силы в кулак, император поднялся с трона и громогласно спросил: — Где мой мальчик?
Его «дочь» опустила глаза, а довольная улыбка окрасила лицо. Где его мальчик? Так он, кажется, спросил. На пути к снежным вершинам и белым степям. Как бы это ответить милому папочке, чтобы добить его окончательно. Ей уже грезился золотой трон и венец. Коварную принцессу теперь ничто не могло остановить. Даже если сейчас отец упадёт в конвульсиях, она просто переступит через него и направится к своей вожделенной мечте. Она полетит на свет золота, как мотылек к огню. Правда, крылья нагловатой принцессе никто не решится обжечь.