О, если бы это длилось вечно.
Вечность покоя…
Жаль, что умиротворение принцессы в одночасье разрушил тот, кто его и подарил.
Отстранившись от взволнованной поцелуем принцессы, Назир Синх спокойно сказал:
- Только любовники не думают о власти, моя принцесса, – и, быстро чмокнув обнажённое плечо, добавил. - Нам нужно поговорить, и от этого разговора зависит судьба твоей империи.
- Я не понимаю тебя, – пытаясь унять сладострастную негу, прошептала принцесса.
Ощущать тепло его тела становилось невыносимо больно. Как и признать то, что её возбудил поцелуй человека, к которому она ничего не испытывала. Да, она даже не замечала при дворе отца. По крайней мере, до сегодняшней ночи.
- Назир Синх, мне даже страшно подумать, о чём ты хочешь со мной поговорить.
- Не отстраняйся от меня. Пусть все думают, что я набиваюсь в любовники на эту ночь, - и он придвинулся ещё ближе.
- Моих любовников постигла неудача.
- Я помню, – кратко ответил третий советник.
Участь их, конечно, была ужасна. Но, по мнению чужеземца, они в этом виноваты сами.
- Они думали, что через постель принцессы можно стать императором, – сильнее прижимая Атию, прошептал советник.
- А ты так не думаешь?
Назир Синх, целуя ее шею:
- Императором? Нет. А вот первым советником возможно…
Атия уже не пыталась отстраниться от нового поклонника. Да и зачем? Назир Синх был намного сильнее принцессы, и любые её попытки казались смешны. Третий советник всё предусмотрел, когда выбрал место для такого деликатного разговора. На пиру всегда шумно, и никто не будет пытаться подслушать. Это бесполезно. В таком гуле смешались десятки голосов с музыкой и топотом танцоров, что даже рядом сидящие не могли расслышать друг друга. А попытки Атии вырваться из рук Назир Синха походили на любовную игру. Любой, кинувший взгляд в их сторону, не увидел бы ничего подозрительного.
Да, Назир Синх, только влюблённые не думают о власти! Но они не влюблённые и даже не любовники, пока не любовники. И единственное, что осталось принцессе, это выслушать своего политического соблазнителя.
Атия придвинулась ближе к третьему советнику. Её руки обвили шею чужеземца. А губы, будто бы целуя его щёку, спросили:
- И как ты намерен стать первым советником, Назир Синх? Неужто, переспав со мной сегодня, завтра ты проснешься всемогущим после императора?
Назир Синх еще сильнее прижал к себе принцессу и вкратце посвятил в заговор.
- Для начала нужно избавиться от принца, потом от императора. Ну а потом придет и очередь других неугодных нам лиц. Правда, от них мы избавимся после того, как вся Атлантида принесет присягу самой мудрой и справедливой правительнице.
Принцесса, смеясь, откинулась на подушки. Она давно так не смеялась. Как всё легко и просто у третьего советника. От того избавимся, от того тоже, а этих… Но Атия не настолько глупа, чтобы повестись на такую чушь. Нет уж, в этом балагане она участвовать не будет. Лучшее спасение империи — это её захват. Принцесса сама направит неиссякаемую мощь своего будущего мужа на слабую Атлантиду.
Закрыв глаза, она уже представила, как у её ног валяются поверженные и униженные первые лица империи.
— Нет уж, мой милый Назир Синх, я вынуждена вам отказать. Зачем мне рисковать ради империи, которая доживает свои последние годы? Я и так буду императрицей. Император Ё Со ждёт только моего согласия, — принцесса, играя, бросила в третьего советника подушкой и, смеясь добавила: — И оно будет.
- Вы так легко отступитесь от того, что вам принадлежит по праву? Неужели вам больше нравится второстепенная роль в чужом государстве, чем первая в своём? Выйдите за пределы императорского города и посмотрите, во что превратилась Атлантида.
Слова Назир Синха задели за живое. Конечно, она страдала от осознания того, что некогда богатейшая империя доживает свои последние годы. Безвольный правитель, жадные советники и вельможи, глупый наследник – всё это только приближало жестокую развязку. Она отлично понимала, если сейчас что-то не предпринять, то когда-то великую империю поглотит более сильная. Нет, она не против занять место на золотом троне, но, по словам третьего советника, это уж слишком просто. А жизнь научила принцессу не верить тому, что кажется лёгким.
- Я буду твоей помощницей в этом деле, но только если ты убедишь меня в полной победе.
- Нам нужно уединиться, и я посвящу вас, моя повелительница, во все детали вашего восшествия на престол.
Единственным местом, где можно было не бояться, что чьи-то уши услышат тайное – это спальня принцессы. Только там верный Зураб никого не подпустит к дверям своей хозяйки. Даже если сам император захочет нанести неожиданный визит, для начала ему придётся убить стража и только после этого войти в покои мятежной дочери. Правда, улизнуть с пиршества слишком рискованно.
Первым всегда уходит император, и только потом его придворные. Единственная уважительная причина отсутствия на пиру – это «прогулка» по парку. Такой поблажкой обычно пользовались влюблённые, желающие немножко побыть наедине друг с другом. Их отсутствие оставалось практически незамеченным. Да и парочки всегда успевали на проводы властелина. Но пир только начался, и Всесильный отключится ещё не скоро. Вино льётся рекой, вокруг безудержное веселье, а кое-кто из вельмож уже тащит на диваны прислуживающих рабынь с танцовщицами. Лишь единицы успели налакаться и, развалившись среди множества подушек, храпели. Но всё же свои плюсы в таком балагане есть. Хмельные гости не заметят их исчезновения. Да, и сам император уже не видел дальше своего носа, уткнувшись лицом в полную грудь Силесты.