— Ладно, как хочешь. Я просто подумал, возможно, она будет тебе мешать.
— О, нет, нет. Она не мешает. Она добавляет…, ох-х, да как же это сказать? — Лира совсем разволновалась.
— Наверное, ты хотела сказать дополняет? — поправил я ее, поняв, что она имела в виду.
— Да, да, точно, она дополняет чем–то новым, приятным.
— Что ж, я рад, что тебе она понравилась.
— Похоже, что после общения с Духом я начал меняться, и теперь сам воздействую на него и на тебя, и, скорее всего, это будет с каждым, с кем я вступлю в контакт. Но тебе незачем волноваться, я не намерен никому причинять вреда, и, тем более, тебе или Духу, зачем бы я тогда здесь появился. В этом не было бы никакого смысла.
— А я и не волнуюсь, — уверенно и весело произнесла в ответ Лира. — Я уже знаю, что ты не причинишь вреда никому из людей, живущих здесь. Потому, что человек, передавший такие приятные и прекрасные ощущения, просто не способен причинить кому–то вред.
И с этими словами она, подскочив ближе, крепко обняла меня. Я тоже ее обнял, слегка смутившись, так как не ожидал такой реакции с ее стороны.
— Ну, ладно, будет тебе. Пойдем Макса искать, ему это тоже сообщить необходимо, да и всем жителям Атлантиды. Им необходимо изменить свои старые мысли, установки, привычки, избавиться от страха. Только изменившись, они смогут выжить и процветать. — обратился я к Лире, дабы она, наконец, выпустила меня из своих объятий.
Взглянув ей в лицо, и увидев на ее глазах слезы, я промолчал, так как понимал, что это были слезы радости. Она, наверное, так проявляла те чувства, что были у нее в избытке.
— Я знаю, где найти Макса. Он там часто бывает. Пойдем, я покажу тебе то место, — улыбаясь и вытирая с глаз слезинки краем своей одежды, произнесла, встрепенувшись, Лира, при этом схватила меня за руку, и мне ничего не оставалось, как последовать за ней в довольно быстром темпе.
10
Пока мы шли к тому месту, где мог, по предположению Лиры, находиться Макс Говард, она с увлечением рассматривала свет, исходящий от ее тела, периодически восхищенно восклицая. Очевидно, все еще исследовала те новые ощущения, чувства, что появились у нее в результате передачи ей части моих энергий. Она радовалась словно маленькая девочка, которой еще не объяснили, что было бы «более тактично и правильно» скрывать свои чувства и эмоции, как и полагается взрослому человеку. И мне в ней это очень понравилось. Потому как уже так надоела сухость и черствость эмоций, проявляемых взрослыми людьми в нашем мире. Я заметил, что ее свечение, Лира теперь так же сияла, как и я, немного отличалось оттенком. В ее ауре появились оттенки розового и красного цветов. Это выглядело очень красиво.
Я тем временем вспомнил, увиденную мной ранее картину, когда внезапно появился в комнате Лиры Сатта, застав ее с моими носками и кроссовками, и задался вопросом: «что она с ними такое вытворяла?» — проговаривая его про себя, пытаясь предугадать ответ.
— Я хотела понять, как ты используешь эти предметы, и что это такое вообще. — произнесла вдруг Лира столь для меня внезапно, что я чуть не упал от неожиданности и шока, поворачиваясь к ней, так резко я выполнил этот маневр. Ощущал себя при этом так, словно ко мне прикоснулись ледяными мокрыми руками в жаркий летний день, не предупредив меня заранее.
— Что, что это такое вообще? — удивился я. — Разве я задал вопрос, сейчас? — произнес я вслух и продолжил идти дальше, ожидая от нее ответа. Я был очень удивлен.
— Как она узнала об этом, ведь я ничего не произносил. Ни слова. И Лира стало быть не могла ничего слышать. — спрашивал теперь я сам себя, лихорадочно пытаясь найти ответ.
— Так ты ничего не произносил, а как же тогда я его услышала? — вдруг снова справа от меня раздался голос Лиры и окончательно выбил меня из состояния равновесия. Я совсем за своими размышлениями успел забыть, что она идет рядом, и вторая волна шока снова окатила меня с ног до головы. Отпрянув от нее вновь, теперь я, наконец–то, шлепнулся на траву рядом с ней, и глядел на нее диким взглядом.
— Ты что это падаешь? Что с тобой происходит, Виталий? — взволнованно поинтересовалась Лира, подойдя ко мне и помогая подняться на ноги. — Да что с тобой твориться такое? Ты в порядке?
— Я…, я…, я не в порядке…, то есть я в порядке, только…, — все еще туго соображал я, поднимаясь с травы и потирая ушибленную руку. Вторая ее выходка с ответом совсем меня разбалансировала.
— Так ты что, выходит, слышала то, о чем я думал? — задал я вопрос Лире, постепенно приходя в себя.