— Ну, как вам понятно? — спросил я у всех троих.
— Да, я все поняла, — сразу же ответила Лира, Нара же замялась в нерешительности, тем самым, показывая, что многое из того, о чем я только что сообщил, для нее осталось неясным.
— Нара, я сейчас все объясню, и ты поймешь, а то у Виталия, порой, объяснения слишком сложные. На самом же деле все оказывается очень просто, — произнося это, Лира обошла меня кругом, подошла к Наре и стала ей объяснять все то, о чем я поведал мгновение назад, только как–то по–своему. Макс тоже прислушивался к объяснениям Лиры. Его ведь у озера не было.
Она рассказывала им о том, что произошло с ней у озера, на берегу. Я замолчал, слушая рассказ королевы, поначалу просто наслаждаясь их речевым стилем (атлантийцев), затем понемногу стал вникать в суть слов Лиры. Меня заинтересовал способ, которым она сообщала информацию Наре и Максимилиану. Ее повествования периодически прерывались восторженными возгласами. Похоже, что до них доходила суть объяснений Лиры, и они этому сильно радовались.
А затем прямо на ходу все трое начали экспериментировать с энергией, создавая различные физические объекты, тут же их, изменяя или снова переводя в чистую энергию, рассеивая вспышками света в пространстве. Они вели себя как детвора, тогда у озера, хотя по возрасту были мне почти ровесниками. Наблюдая за ними, я тоже невольно начал улыбаться. Был за них очень рад. А ведь радоваться было за что. Они все схватывали и осваивали довольно быстро, просто мгновенно. Вот, что значит — люди действительно были готовы меняться, принимать все новое, идти вперед, развиваться, расти, и, в итоге, жить дальше.
А готов ли к этому наш мир, готовы ли к этому мы? Ответ был мне не известен. Да, есть единицы, десятки, может быть даже сотни, тысячи, десятки тысяч людей, кто выбрал новый путь и следует по нему. Но достаточно ли этого количества для изменения сознания остальных людей, которых миллиарды на нашей планете?
29
— Лира, Макс, Нара, вы пока идите, я чуть отстану, — я сообщил им свое намерение пообщаться с Атлантидой прямо сейчас. На меня, ни с того ни с сего, вдруг нахлынуло сильное желание переговорить с Духом.
— С кем, с кем? — переспросила удивившаяся Нара.
— С духом Атлантиды, духом вашего города. Просто я его так называю, и он, похоже, не против. — Я спокойно ответил на ее вопрос, ведь для меня это стало уже обыденным называть дух — Атлантидой, и поэтому я вскоре перестал придавать значение этому факту, как и тому, что в разговоре он обозначает себя то мужским началом, то женским, постоянно их чередуя. Я и к этому уже привык. Да и сам частенько обращался к нему по–разному.
— Виталий, а можно и мне остаться с тобой, ведь я еще ни разу не общалась с Духом, как это делаешь ты? Я вообще не знаю, как это — общаться с Духом. И не представляю его себе по другому, кроме, как свет над озером, — неожиданно для меня Нара тоже изъявила желание остаться. — Мне было бы очень интересно узнать, кто или что есть Дух на самом деле, и как вообще с ним можно общаться. Он ведь тоже этого хочет, беседовать с нами, делиться своими знаниями, и стать нашим другом, в конце концов. Ты сам об этом не раз говорил.
Предложение Нары меня слегка вывело из равновесия. Я предполагал, что людям рано или поздно необходимо будет начинать общение с Атлантидой, а ему — знакомиться с людьми для налаживания гармоничной жизни в здешнем городе. Но чтобы вот так, когда люди сами начнут обращаться ко мне с просьбами помочь им в общении с Духом, в налаживании с ним контактов и дружбы, об этом я почему–то даже и не помышлял.
— Как…? Нара, ты тоже хочешь остаться и поговорить с Атлантидой? — я немного запнулся. Слова почти застряли у меня в горле, так неожиданно для меня прозвучало предложение девушки–атлантийки. Затем опомнился. Ведь это все равно было неизбежно, и все равно надо было когда–нибудь начинать процесс.
— О`кей, как хочешь. Всегда, пожалуйста. Думаю и Атлантида тоже не будет возражать. — краем глаза я приметил, что Дух зашелся радужными переливами в своем сиянии. Немного задумался, к чему бы это? А потом вспомнил. Дух всегда так внешне выражал свое состояние, когда был чему–то безмерно рад или чем–то счастлив. Но чему он рак радовался, я и понятия не имел. Ладно, разберемся с этим через мгновение.
— Макс, Лира, а вы как посмотрите на то, чтобы тоже присоединиться к беседе, раз уж все так обернулось? — не удержавшись, я им тоже предложил остаться. Кто знает, может вместе беседа будет веселее протекать, да и Лире с Максом тоже необходима практика в общении с Атлантидой. Не только же мне одному с ней общаться. Другим жителям города тоже есть необходимость привыкать к Духу.