Внезапно меня разобрал жуткий смех. Я схватился за живот, едва не падая на колени. Меня так раздирало от хохота, что на глазах проступили слезы.
Просто я вспомнил момент, когда сам, беседуя с Духом о своем расцвете и обретении себя, удивительным образом поднялся к нему в воздух. И теперь аналогичная история происходила с Максом Говардом, прямо у меня на глазах, но теперь свидетелем была еще и Нара.
Глядя на то, как меня согнуло пополам от хохота, Нара тоже начала смеяться. А Макс, знай себе, все шел и шел, по воздуху, не обращая внимания ни на что вокруг. Даже наш с Нарой смех не мог отвлечь его внимания от повторного переживания полученных им ощущений.
Так мы в скором времени оказались у озера, над центром которого, равномерно разливая голубоватое сияние, как и всегда, сверкала Атлантида.
И, о чудо, на берегу озера, находилась королева Лира, собственной персоной. Похоже, что она тем временем общалась с Атлантидой, располагаясь на песке спиной к нам.
Очевидно, услышав наше «ржание», просто смехом это теперь назвать, было нельзя, Лира обернулась и, улыбаясь, посмотрела на нас троих. Затем, встав с песка, пошла нам навстречу.
Мы с Нарой уже просто давились смехом, и, наконец, не выдержав, оба бухнулись на колени, продолжая при этом, захлебываясь от хохота, хрюкать.
— Что с вами такое происходит? — Лира намеревалась поскорее выяснить причину такого нашего состояния.
— А…, ты…, взгляни…, на…, Макса…, Лира…, и…, сама…, все…, поймешь, — продолжая хрюкать и заикаться через каждое слово, я с трудом ответил на вопрос Лиры, и с новой силой начал смеяться, держась обеими руками за живот, готовый вывернуться на изнанку.
Она перевела свой взор на Максимилиана, а тот, наконец, отвлекся от своих мечтаний, и, завидев Лиру, все так же по воздуху бодро зашагал к ней.
Теперь Макс просто не мог не обратить своего внимания на наше с Нарой поведение, и, изобразив на лице недоумение, еще пуще припустил к Лире, горя желанием выяснить причину нашего смеха.
Лира тоже просияла от радости, захлопав при этом в ладоши. Теперь и она поняла причину нашей безудержной радости.
— Максимилиан, тебя не сильно утомила ходьба по воздуху? — с лукавой улыбкой на лице произнесла Лира.
— Ты чего, Лира? По какому воздуху? Да что со всеми вами твориться такое? — Макс недоумевал, продолжая при этом все так же парить в воздухе, на высоте десяти–пятнадцати сантиметров над поверхностью песка.
— Да ты посмотри на себя Макс, на свои ноги, — слегка повысив голос, Лира уже откровенно смеялась вместе с нами. — И он еще спрашивает, что с нами случилось.
Не выдержав всего этого, Макс, наконец, наклонил голову вниз, посмотрел–таки на свои ноги. Спустя мгновение его глаза поползли на лоб, а затем, наверное, полностью осознав увиденное, он резко коснулся ступнями земли, и, не удержав равновесия, рухнул на песок.
— Ч‑что это было? Что со мной произошло? — заикаясь, произносил Макс, поднимаясь на ноги, и теперь уже становясь на песок.
— Ну, как тебе первый полет, Макс, а? — улыбаясь, спросил я, все еще ошарашено смотрящего на всех нас, Максимилиана.
— Чего, чего? Полет? Мой первый полет? Я что летал? Когда? — все еще не понимал нас Макс.
— Да только что, пока мы все трое шли к озеру, — уже не выдержала Нара. — Где ты был все это время, пока мы направлялись сюда? В каких грезах? Неужели ты совсем не помнишь своих ощущений?
— Каких ощущений? Пока я шел сюда с вами?
— Да!!! — все трое ответили мы Максу в один голос.
— Как же, как же, помню. Шел я. Все покачивалось вокруг, как обычно при ходьбе бывает. — медленно бубнил Максимилиан.
— А ноги, как ты ощущал ноги? — произнес я, сделав упор на последнее слово.
— Ноги…? Я…, я не знаю, что чувствовал, не помню. — Макс потупил глаза и замолчал, изобразив виноватый вид.
— Все с тобой ясно, Макс. Ситуация опять повторилась. — произнес я утвердительно. — Небось, пытался воссоздать в памяти еще раз ту эйфорию, что испытал тогда, на площади? И по всему было видно, что у тебя все вышло, верно?
— Да, все так и было, а откуда ты знаешь об этом? — на лице Макса снова нарисовалось удивление. Лира и Нара тоже уставились на меня. Смех давно уже остался где–то позади. Сейчас они просто ждали моих объяснений.
— Все очень просто. Со мной произошло почти тоже самое, за некоторыми исключениями. Случилось это здесь. Я тогда тоже впервые поднялся в воздух, к Духу, — и указал пальцем на источник света, располагавшийся над центром водной глади озера, метрах в двухстах над водой. И тоже, как и ты, Макс, не ощутил этого.