– Сирен больше нет, – говорит он. – Наконец наступил день, когда люди из мира Наверху могут больше не бояться никаких порождений мира Внизу.
И только в самом конце нефа лежит она. Мне сначала кажется странным, что ящик с телом Майры решили убрать в самый дальний угол, ведь там ее увидит меньше людей. Но потом я понимаю, почему члены Совета так сделали.
Потому что Майра лежит умиротворенная.
Она прекрасна, как может быть прекрасно море или солнце. Мне больно на нее смотреть и в то же время трудно оторвать от нее взгляд. Я прикасаюсь к краешку ее мантии и ухожу в центральный придел. Пришло время, чтобы меня увидели. Пришло время быть услышанной.
– Мы знали, что этот день настанет. – Невио разводит руки в стороны, его голос перетекает через кафедру в придел. – Пришло время миру Наверху раз и навсегда избавиться от мира Внизу. Это ваше время.
Я выхожу в центральный проход. Верховный Жрец поднимает голову, мы встречаемся взглядами, и боги смотрят на нас со всех сторон. Я понимаю, что Невио начал верить в собственную ложь. Теперь он не сомневается, что только его слова и могут быть правдой.
Люди оборачиваются, чтобы посмотреть, что привлекло внимание оратора. Знает ли он, кто я? Вспомнил ли, глядя на меня, что я тоже поднялась Наверх?
– Кто это? – перешептываются прихожане.
Я откидываю назад капюшон. Люди расступаются, давая мне дорогу. Я иду по мраморному полу, и мои шаги звучат точь-в-точь как мамины, когда она почти в полной тишине направлялась на кафедру читать проповедь. Чаша с водой все еще стоит на алтаре, и солнечный свет проникает в окна.
– Меня зовут Рио Конуи, – говорю я и на секунду замолкаю, потому что больше ничего не могу сказать.
Под сводами этого храма звучали ложь и правда, а сейчас настало мое время.
В глазах Невио ненависть, он узнал меня. Теперь он вспомнил, что я тоже поднялась на поверхность, и наверняка понял, кто заставил его забыть об этом. Майра. Она была сильнее его тогда, на острове, да и раньше тоже не один раз оказывалась могущественнее, чем Верховный Жрец.
В моем сердце нет страха.
Я знаю, как это сделать. Майра показала мне все, шаг за шагом, начиная с первого дня на Нижнем рынке и заканчивая последним на острове. Я прошла хорошую школу.
Я поворачиваюсь спиной к Невио и лицом к людям из мира Наверху. Я говорю, я прошу:
– Слушайте.
Я чувствую, как вся сила сирены звучит в этом единственном слове, я вкладываю в него все, что берегла долгие годы.
Пусть все будет именно так. Я хочу, чтобы эти люди меня слушали, но я хочу говорить с ними не как сирена, а как человек. Как одна из них. И тогда, возможно, они поймут.
Я хочу быть услышанной.
Сейчас я могу открыто использовать свой настоящий голос, он все еще сильный. Я такой же человек, как и все эти люди в храме, и я ничего им не приказываю. Это было бы неправильно. И это бы не сработало. Жители верхнего мира должны сами захотеть спасти нас.
Я знаю, о чем сейчас говорит Бэй Внизу. И она тоже наверняка чувствует меня. Мы действуем в одном направлении. Мы единое целое, как вода, что омывает нашу планету.
Мой голос разносится под сводами храма, а в голове у меня звучат другие голоса: Майры, Бэй и нашей мамы Океании. Они говорят со мной, живые и мертвые. Им всем нужно одно чудо – спасение Атлантии.
– Люди Атлантии нуждаются в вас, – говорю я. – А мы нужны вам. Мы можем помочь друг другу.
Боги-горгульи смотрят на нас сверху вниз. Всю свою жизнь я видела их двойников. Мне знакомы их острые зубы и взгляд каменных глаз. Я почти вижу глазами Бэй то, что она видит сейчас в храме Атлантии.
– Боги людей из мира Наверху похожи на существ из мира Внизу. Обитателям нижнего мира они напоминают животных из верхнего. Но это одни и те же боги. Сотворили мы их или открыли, не важно: они одинаковые. И мы тоже одинаковые. Все мы люди: и те, кто живет Наверху, и те, кто живет Внизу. И сирены тоже люди. Они несколько иные, но если мы даже чем-то отличаемся друг от друга, это не должно нести нам смерть.
В храме воцаряется тишина. Даже Невио умолк и слушает. Но он пренебрежительно улыбается. Небось решил, что я допустила ошибку. Он знает, что всю свою силу я вложила лишь в одно-единственное слово: «Слушайте!» Я попросила присутствующих слушать меня, и они действительно слушают, включая и Невио. Но он думает, что, как только я закончу, сила этого слова иссякнет. Тогда он сможет продолжить свою речь и покончит со мной и со всем, что я сказала. Потому что Верховный Жрец без колебаний использует свой голос против этих людей. Он намерен приказывать им.