Сирены смотрят на меня так, как будто я говорю на каком-то незнакомом им языке.
– Это твоя идея, Майра? – спрашивает одна из сирен. – Очень на тебя похоже.
– Не понимаю, почему Верховный Жрец и Совет вообще позволили тебе пойти с нами, – с нескрываемым презрением говорит мужчина-сирениус моей тете.
Я ушам своим не верю. Как он может так пренебрежительно обращаться к Майре? Неужели не знает, на что она способна?
– Потому что я могущественная сирена, – отвечает ему Майра. В ее голосе нет злости, только грусть. – И Верховный Жрец, и члены Совета знают об этом. До сегодняшнего дня я всегда была нужна им живой.
До сегодняшнего дня? Что Майра имеет в виду?
Почему она постоянно чего-то недоговаривает?
Я вспоминаю то, что она сказала мне раньше: «Сейчас Верховный Жрец как раз беседует с остальными сиренами. Он рассказывает им о том, что мы последний шанс Атлантии. Видишь ли, Рио, мы отправляемся Наверх, чтобы напомнить людям из того мира об их месте в этой жизни и о нашем тоже. Невио скажет сиренам, что люди Наверху устали поставлять нам все необходимое и решили положить этому конец. Верховный Жрец скажет им, что наша миссия жизненно важна для Атлантии. И это чистая правда».
Ну и о чем же моя тетя умолчала? Любопытно, что Майра не упомянула о том, что Невио рассказал сиренам всю правду. Она только заметила, что эта миссия и впрямь жизненно важна для Атлантии.
Что-то здесь не так, но я не могу понять, что именно. А вот Майра наверняка все знает. Знает и скрывает от меня.
Это просто невыносимо. Я встаю и иду в противоположный конец транспорта.
Майра идет за мной.
– Прибереги свои слезы и гнев, Рио, – говорит она. – И то и другое понадобится тебе, когда мы окажемся на поверхности.
– Почему я должна верить хотя бы одному твоему слову?
– Потому что я была нужна твоей маме. И твоей сестре тоже. Поверь, когда я говорю это, я не обманываю тебя.
Майра вытягивает из рукава за уголок лист бумаги. Я знаю, что там написано.
Это письмо от Бэй.
– Сестра просила меня передать тебе это письмо только в том случае, если ты попытаешься бежать Наверх, – говорит Майра.
Я выхватываю у нее письмо, прежде чем она успевает произнести еще хоть слово.
Рио, если ты читаешь это письмо, значит я ушла Наверх и у меня получилось сохранить свое решение в секрете от тебя.
И еще это означает, что ты пытаешься сбежать Наверх. Я знаю тебя. Я знаю, что ты не сдашься, пока не найдешь способ это сделать. Но ты должна остаться Внизу.
Не знаю, с чего начать, но в любом случае я должна рассказать тебе все, чтобы ты поняла, почему тебе надо остаться.
Наша мама буквально за несколько недель до смерти сказала мне, что ты никогда не сможешь уйти Наверх. Возможно, она начала подозревать, что ты всегда об этом мечтала. Она рассказала мне историю сирен. Раньше они действительно поднимались Наверх, но уже давно, не одно поколение, им это запрещено. Люди Наверху ненавидят сирен, Рио, они убьют тебя, как только узнают, кто ты. Ты думаешь, что сможешь свободно говорить Наверху? Не больше, чем Внизу.
Я спросила маму, почему она не рассказала тебе об этом. Она ответила, что боялась разбить тебе сердце.
А спустя несколько недель она умерла. И после этого я могла думать лишь об одном (если не считать размышлений относительно того, кто убил нашу маму) – как уберечь тебя.
Поэтому, Рио, я и заставила тебя пообещать, что ты останешься Внизу. А для себя решила, что, когда придет время, поднимусь Наверх сама. Я не хотела покидать Атлантию, но это был лучший способ защитить тебя – гарантия того, что ты никогда не уйдешь в мир Наверху. Я должна была хранить свой план в тайне от тебя. До чего же мне было тяжело. Ты же знаешь, мы никогда ничего не скрывали друг от друга.
Но я не оставляю тебя в одиночестве.
Я передаю Майре это письмо, а еще кое-какие деньги, на всякий случай, вдруг они тебе зачем-нибудь понадобятся.
Майра присмотрит за тобой, проследит, чтобы ты была в безопасности. Теперь, когда мамы больше нет, держись рядом с ней.
Мне очень жаль, Рио, но я должна уйти ради тебя.
Люблю тебя,