Я рыдала не меньше недели.
От обиды, бессилия и… от того, что Егор в какой-то мере прав.
Я действительно думала только о себе. О своей правде. О своём имени. А они… они просто хотели жить дальше. И, получается, я в это «дальше» не вписываюсь.
Поэтому, подумав, я дала отбой Алине.
– Забудь про разоблачения, – попросила девочку и…
И устроилась дворником в квартале, куда переехала.
Метла, ведро, перчатки. Зарплата – чуть выше прожиточного. Но никто не смотрел на мою фамилию. Никто не знал, кто я.
Только Алина на меня крепко обиделась.
Кажется.
Но вести блог не бросила.
Материала у девочки за полгода набралось предостаточно.
А я… я теперь каждое утро, выходя на уборку, смотрела на «Последнюю Колыбель» – и думала:
«Может, там, среди звёзд, есть место даже для таких, как я?»
Потому что на Земле – места не осталось.