— Ну, это ты сейчас понял, что дела нет, а когда мы уходили, мы этого не знали, — справедливо возразил Скрипач. — Как думаешь, кто это вообще может быть?
— Да кто угодно, — пожал плечами Ит. — И народ перевозят, и технологиями могут торговать, и что-то редкое привозить или забирать. Сам же знаешь, всякое случается. Но, думаю, нам следует держаться от этого всего подальше. На всякий случай. А теперь идём пить.
Спали они в результате по очереди, сделав новую лёжку — решили, что за яхтой на всякий случай следует понаблюдать. Почти до самого утра она просидела на маленькой полянке, но, к удивлению Ита и Скрипача, к ней никто так и не прилетел, а из самой яхты никто не вышел. Во время дежурства Ита яхта ожила — зажгла неяркую подсветку, и включила двигатели на среднюю мощность. Ит успел разбудить Скрипача, они взобрались на большой камень, и увидели, как яхта медленно поднимается в темное пока что небо, с едва различимой световой полоской на горизонте. Метрах в трехстах над землей яхта ненадолго зависла, снова погасился все огни, а потом стремительно стартовала, активировав движки уже полностью.
— НЛО, — хмыкнул Скрипач. — Вот так легенды и рождаются.
— А ведь действительно, похоже, — согласился Ит. — Если не знаешь, что это такое, можно невесть что подумать. По свету прогуляемся туда, или не рискнем?
— На место посадки? — спросил Скрипач. — Прогуляемся, конечно. Мне интересно, чего они там делали.
— Мне тоже, — признался Ит. — Но я не думаю, что они там действительно что-то делали. Они, кажется, просто ждали.
— Чего ждали?
— Либо окна, прохода через пространство, контролируемое Скивет, либо открытия портала, то есть сигнала о том, что портал готов к приёму, — объяснил Ит. — Ты же знаешь, на каких условиях тут нелегалы играют с официалкой. Одни делают вид, что их нет, другие делают вид, что никого нет. При этом все про всех знают.
— Пфф, удивил, — Скрипач невесело усмехнулся. — Сразу вспоминается Огден. И Гарай. Очень, понимаешь ли, знакомый стиль работы.
— Вот-вот, — покивал Ит. — Они нас, незамутненных и принципиальных, не понимали. Совсем не понимали. Искренне удивлялись, почему мы в эти схемы не ввязываемся. Такие деньги мимо рук, разве так можно?
— Ну, Огден был принципиальный, положим, — возразил Скрипач. — Местами. Иногда. А вот на Гарае действительно пробу негде ставить.
— Им подобные везде одинаковые, — вздохнул Ит. — И на Окисте их ещё мало, потому что тут денег больших сейчас нет. Ладно, давай досыпать, а утром и правда прогуляемся.
— Ага. Любопытно же, — согласился Скрипач. — Может, они еду какую-то там забыли?
— Держи карман, — мрачно ответил Ит.
— Да я-то держу, вот только там остался один кусок топинамбура, и больше нет ни фига, — вздохнул Скрипач.
На месте, где находилась большую часть ночи яхта, не нашлось ничего. Вообще ничего. Они не садились, сказал тогда Скрипач, Ит с ним согласился — да, видимо, действительно не садились, просто зависли, и ждали, а потом ушли. И вообще, добавил он, не исключено, что в этой яхте вообще никого живого не было, она могла быть пустой, без пассажиров.
— Почему ты так решил? — спросил Скрипач.
— Да потому что живые существа, они любопытные, — объяснил Ит. — А вот автоматика, пусть даже самая умная, инициативу проявлять не приучена. Точнее, она слишком хорошо знает, что может последовать за проявленной инициативой, поэтому справедливо остерегается делать что бы то ни было без приказа. Инстинкт самосохранения у них прошит намертво, так что им тоже жить хочется. На борту, разумеется, была интелектронная система. Допустим, она нас видит. Но у неё есть приказ: перегнать корабль туда-то и туда-то, дождаться сигнала, и уходить. К тому же система отлично знает, что она на нелегальном положении, и нарушает закон. Её действия?
— Молчать в тряпочку, и выполнять то, что сказано, — покивал Скрипач. — Мы не проявили к ней интереса, наоборот, она увидела, что мы стараемся удрать подальше. И сделала вывод — мы такие же, или примерно такие же, как она сама. Тоже не хотим, чтобы нас видели. Её ситуация вполне устроила.
— Совершенно верно. А вот если бы на борту были разумные, они могли бы проявить к нам интерес, и тогда мы так просто не отделались бы, — продолжил Ит. — Потому что разумные вольны сами принимать решения, в отличие от интелектронных систем.