Из-под круглого стола парня тянули в разные стороны и лишь когда затрещала его байковая рубашка, смогли скоординировать усилия и осторожно извлечь худенькое содрогающееся (уже конвульсии?!) тело мальчика подальше от стола, поближе к свету желтого бра над диваном. Бледная Поленька обнимала брата за плечи, мама, следуя давней привычке, схватилась за его голову – зачем-то температуру проверить, Нелины руки продолжали шарить по телу в поисках места поражения. Картину довершала Нелля, уже ничего не соображавшая, кричащая от страха на весь дом.
Наконец парня как следует разглядели… Паразит (по отдельным определениям) Феденька отмахивался от взрослых, давился смехом и едва смог из себя выдавить – это кто красавица, Неллька что ли? Ну ты скажешь! А–ха–ха!
Алина Петровна, не успевшая еще выдохнуть, от души влепила сыну тяжелую затрещину, отец молча потянулся к ремню, как обычно ожидая распоряжений. Не менее перепуганная Полина, готовая расплакаться от облегчения, секундой позже тоже рассердилась.
Нелль, знаешь, я тебе от души завидую – единственный ребенок в семье – какая ты все-таки счастливая!
Федора проняло и он пытался наладить с девушками, особенно, конечно, с сестрой весь вечер. Оставшаяся ночевать Нелли получила улыбчивое Федорово спокойной ночи.
* * *
На следующее субботнее утро Алина Петровна позвала подруг к окну – глядите, на улице того и гляди мороз ударит, а немец – чудак вздумал деревья сажать.
Поленька улыбалась, глядя на неловкие попытки Сергея Оттовича одной рукой закапать саженец, другой – удерживать его двумя пальцами и постоянно менять местоположение в кривой со всех сторон яме – очевидно пытаясь установить ее середину. Но разве в неровности существует центр?
Немец оставил деревце, лежащим в яме на боку и задумался. Потом оглянулся на Поленькины окошки, улыбнулся и помахал рукой.
У нас в комнате не горит свет – рассуждала Нелли, вглядываясь в немца, сощурив глаза – как же он нас видит?
Поза немца красноречиво просила о помощи. И Поленька засобиралась.
Пойду, предложу деревья поддержать, пока Сергей Оттович будет их закапывать. Ему одному несподручно.
Стоящая за ее спиной Нелли вцепилась у ее плечо. Не ходи, надо будет, мужиков наймет!
Нелль, как же человеку не помочь, не приспособленный он к физическому труду.
А к какому приспособленный?
Так – к умственному. Ученый он.
И что он такое придумал этот ученый? В интонации Нелли звучала откровенная неприязнь.
Нелль, да что с тобой такое, не по-соседски это.
Не ходи – еще раз повторила Неллька – и в ее голосе послышался металл.
Тут к ней подоспела неожиданная поддержка в лице недавнего неприятеля. Заспанная голова Феденьки появилась из-за двери и тем же тоном потребовала – нашла кому помогать, лучше мне помоги – контрольная в понедельник – два дня на подготовку дали.
Вернусь, будем задачки решать. И Поленька решительно выбралась из плотного кольца возражающих. Нелли было потянулась к ней, но потом передумала. Быстро оделась и шаг в шаг отправилась за Поленькой. Поленька быстро перешла дорогу – здравствуйте, Сергей Оттович, могу я вам помочь? Что это вы сажаете?
Нелли, поддавшись порыву сопровождать подругу, как-то не подумала, как она намерена общаться с немцем, находясь ним в непосредственной близи. Ну уж, помощи он от меня точно не дождется – твердо пообещала себя Нелли. Но когда она подошла и осталась стоять за спиной Поленьки, буркнув что-то и стараясь не встречаться с немцем глазами, ей стало совсем не по себе и она, призвав все известные способы успокоения, попыталась взять себя в руки. Среди бела дня, да посреди улицы…
Вроде стало получаться, но тут немец повернулся к ней и уставился в упор своими пытливыми глазами, Неллька просто не знала – куда деваться. Ее с перепугу обдало жаром. Но она, не застревая в этом беспомощном состоянии, заставила себя разозлиться. Хорошо бы – думала она, нервно потирая оду перчатку о другую – прямо сейчас в лоб его спросить: куда он сволочь такая людей девает, между делом, людям глаза отводя, как приличный человек мирным делом занимаясь? Вот эффект получился бы – бомба! Но ведь я Полина подруга и раз я что-то про него знаю, значит и Поленьке наверняка расскажу – так он рассудит. Нет, выступать нельзя, так он еще попробует Поленьку, как свидетеля уволочь, мало мне одного Федьки. Нет, нельзя. На кой черт, спрашивается, я сюда притащилась? Я не какой-нибудь там вельможа, что б интриги плести. По моему характеру врагу сразу в морду вцепится, а иначе и подходить нечего. Сейчас он заподозрит неладное и безо всяких в лоб – не в лоб вопросов. Мало мне было проблем. Ох, дура я, дура…