Достав из багажника усовершенствованный на скорую руку металлодетектор, и попутно все же вернув на место, теперь уже тяжеливший руку, браслет навигатора, Аоки вновь обратился к существу.
— Ты ведь ничего не будешь трогать? Вижу, тебе понравился глайдер. Что? Не часто у тебя гости бывают, верно?
— До-о-о-ом… — вновь прошипел он.
— Дом? — «Странный складывается диалог», — подумал Аоки, в то время как подводил напряжение к раме глайдера. Идея, пришедшая в голову пару мгновений назад, уже находилась на полпути к реализации. Другого способа как защитить свой единственный шанс на спасение он не видел.
«Угнать то он его точно не сможет, как и сдвинуть с места. А вот снять что-нибудь «ненужное» — вполне».
Невозможно было «на коленке» отрегулировать уровень напряжения тока подаваемого на раму, поэтому Аоки, просто перенаправил «все что было». Уложив в багажник вещи и обрез, и закрыв крышку, он, резко отдернув руку, пустил по цепи ток. Грозная защита-ловушка от вандалов была готова.
— Эм. Лучше бы тебе больше за него не садиться. Убьет
— Д-о-о-ом? Дечь. До-о-о-мой… — раздающийся будто из барахлящего динамика шипящий голос окрасила вопросительная интонация.
— Так ты все-таки умеешь говорить… А значит должен меня понимать
Молчание.
Не хотел Аоки оставлять незнакомца наедине с глайдером, мало ли что он может придумать. Но и в своей наспех придуманной защите, он тоже не сомневался. Да и сколько эти «гляделки» могли продолжаться? К тому же, явных признаков враждебности тот не проявлял, и Аоки решил заняться тем, за чем явился. Включив металлодетектор, который теперь мог уловить сигнал от портального блока, по его расчетам метров за двести, Аоки зашагал в ту сторону, куда смотрел, попутно поглядывая на неподвижную фигуру гостя.
Сигнала нет. Только бесконечный сильный треск фоновых помех. Еще бы. Везде вокруг, докуда хватало глаз, не было ничего кроме металла, в самых различных его проявлениях и формах.
Обойдя место приземления по кругу радиусом метров сто, он обратил внимание на какую-то темную полоску где-то вдалеке, на границе зрения. Зависнув на некотором расстоянии от земли, она протянулась на приличное расстояние.
Аоки что-то почувствовал. Волосы на руках и спине встали дыбом.
За доли секунды прошедший через пятки разряд до отказа сократил мышцы ног, превратив их в болезненный камень. Кисти рук сжались в кулак. Шею и нижнюю челюсть свела судорога.
Тело дрожало не дольше секунды, а все произошедшее ощущалось не более чем короткой вспышкой, погасившей сознание.
Какое-то время спустя ощущения начали возвращаться.
«Что произошло?» — спрашивал, Аоки, пока что только себя. Вспомнил, где находится. Открыл глаза. В следующий момент его изумленному взгляду предстал полуобнаженный, загорелый, в одной набедренной повязке, сидящий рядом старик. На вид ему смело можно было дать лет сто-двести, настолько сухим и морщинистым он выглядел. Не найдя в перезапущенном сознании больше ничего он повторил вопрос вслух:
— Что произошло? — в пересохшем рту ощущался кисловатый привкус припоя.
Старик повернул к нему радушные глаза, черными бусинами поблескивающие на дне глубоких впадин.
«Какой взгляд… — этот взгляд говорил сам за себя: — Все хорошо».
— Все хорошо, — точно прочитав его мысли, ответил старик.
— Чем это меня? Блуждающей молнией?
— Нет, что ты, — его голос живой подвижный голос абсолютно не соответствовал столь старому на вид телу, — после такого не выживают.
«Да знаю, я», — подумал про себя Аоки. Но с чего-то нужно было начать.
— А это… Так это статический разряд накопился на поверхности. Ты его через себя и выпустил. Всего лишь искра, не более. Тут такое часто бывает. — И он показал босую ступню ноги, на которой не уцелело ни одного пальца. — Но случается иногда и без пальца остаться. Хотя мне об этом уже переживать не нужно, — его речь была спокойной и непринужденной, как будто гостей он принимал каждый божий день. — Так как говоришь тебя зовут?
— Аоки. — Последние несколько раз, все кто спрашивали про имя, пытались его убить.
Но какая опасность могла исходить от этого немощного добродушного старца? Об этом он и не думал. Просто вспомнил, как было раньше.