Выбрать главу

Светляк пыхнул голубым электрическим током, облако которого тут же рассеялось:

— Именно. Редко, очень редко меня кто-то понимает. Так, как понял ты.

Аоки смотрел на него, хлопая широко открытыми глазами. Вопреки ожиданиям «светящегося человечка», он его не понимал. Стараясь выглядеть соответствующе ожиданиям, он сделал более серьезное лицо, надеясь что тот не придаст значения его легкой растерянности.

Светящаяся сущность продолжала:

— Если ты коснешься меня, я помогу тебе воплотить твои желания. Самые сокровенные желания. Желания или мечты... неважно. Пределов нет, — и «человечек» словно руку, вытянул изогнутую проволоку, она представляла собой невероятно замедленный разряд молнии, покрытый переливающимися колючими ворсинками тока.

Тут у Аоки засосало под ложечкой. Это было чувство, что к смерти он еще не готов. Он уже давно принял смерть как данность от которой не скрыться, и не испытывал страха, однако же и на тот свет не торопился. Такая глупая кончина уж точно не входила в его планы. Он едва заметно отпрянул.

«Коснуться этого?»— он понимал что несколько миллионов вольт, которыми мог поделиться с ним этот «малыш», испарили бы его в доли секунды.

«Ну уж нет. Трогать тебя я не буду».

— Я как-нибудь сам справлюсь.

— Я знаю. Именно по этому я здесь. Но знай твоя сила, и моя сила находятся на принципиально разных уровнях. Моя сила станет твоей, только протяни руку.

Аоки хотел съязвить, и напомнить ему о том что слышал от старика, обо всех тех людях которых он убил и покалечил. Но поняв что это было бы не к месту, решил промолчать.

— Зачем тебе это. Почему ты это делаешь? Почему хочешь помочь мне?

— Помочь? Я никому не помогаю. У меня нет своей воли. Я не существую как личность, которой что-то нужно, или которая что-то хочет. Разве когда подброшенный вверх камень падает на землю, ты набрасываешься с вопросами зачем ему это? Что он от этого выиграет? Вы, люди, слишком заняты своими представлениями о жизни, вместо того, чтобы быть ей.

— Я знаю одного старика, Шираи. Он говорит, что ты сын звезды.

— Это так. Я порождение этой «звезды». Не будь ее, не было бы и меня. Моя энергетическая «плоть» от нее. Моя, точнее будет сказать «твоя», решимость от тебя. Я результат естественных процессов, которые случаются лишь постольку, поскольку неизбежны. Несколько мгновений назад ты не верил в то, что видишь, а теперь всерьез раздумываешь принять мое предложение, или нет, хотя для тебя оно и кажется безумством. Все, что бы ни случилось — неизбежно.

Аоки поражался прямоте своего собеседника. Он говорил точно, не увиливая, не пытаясь ввести его в заблуждение. Он даже понял почти все, что он говорил, кроме неизбежности. И все же… здороваться с ним за руку не торопился.

«Может у него и нет каких-то скрытых мотивов, однако…», — однако Аоки не привык вот так вот просто идти на поводу у первого встречно, тем более «такого». И если «подвоха» сразу не было видно, это еще не значило, что его нет. Слишком уж многое он повидал.

— Понимаю, — вновь заговорил голос.

Аоки нутром чуял, что кто-то скрупулезно копается в его голове, и ему это не нравилось. А еще этот понимающий, снисходительный голос. Пойманные в свет и трепыхаясь ослепленными мотыльками, его мысли бились о внутреннюю поверхность черепной коробки.

«Какого черта? Белесый ты сукин сын».

Как только эмоциональный всплеск захватил Аоки, «светящийся человечек» сделал шаг вперед.

Видя наперед его вопросы, а кроме вопросов, у Аоки ничего не было, белесый, не ожидая озвучки, тут же на них отвечал:

— Информация во вселенной передается мгновенно, без вербализации и визуализации. Когда ты поймешь это, пространство и расстояние перестанет иметь для тебя значение.

— Думаю до этого дело не дойдет, — видя, как белесый приблизился к нему, Аоки тут же попытался успокоить свои мысли, поминая слова старика. Замерев на несколько мгновений, электрическая «сущность» миллиметр за миллиметром поплыла по полу, по направлению к Аоки. Сердце забилось быстрее, и ум попытался «сбить хватку» вцепившегося в него белого зверя:

— Знаешь, я ничего не понял из того что ты мне сказал.

Однако зверь, только лишь сильнее оскалил зубы: