Далее такие надписи попадались повсеместно, одна за другой: «сдохни даэрман», «тонни умри умри умри», «не может быть ошибки СДОХНИ», «никогда не будет задействован ЗДОХНИ», «ЗАТКНИСЬ тони ЗАТКНИСЬ», «убей его майерс», «заткнись и сдохни даэрман». Где-то они собирались в убористые строчки, насчитывающие сотни слов, а где-то всего несколько «жирных» мазков.
Обойдя комнату по кругу они уселись на стулья перед широким столом, стоящим обособленно. Эта область, в отличие от всего остального помещения, за исключением слоя пыли, выглядела довольно опрятно. С потолка над столом свисал стеклянный «глаз» объемного светового проектора.
— Ту-пи-к. — прохрипел Эрл, положив гранату на стол.
Аоки сейчас не думал о том что они оказались в западне. У него в голове крутилась та обведенная дата, которой заканчивался тот невероятных размеров календарь на глянцевом двухметровом постере.
«29 декабря 2160 года».
Дата, когда земля перестала существовать.
В месте с датой, в уме он прокручивал счастливые лица тех двоих, и умоляющие о смерти Тонни Даэрмана надписи, с маниакальной навязчивостью покрывающие все свободные площади стен.
— А? — вышел вдруг из задумчивости Аоки.
— Ту-пи-к говорю.
— По крайне мере, здесь шикарные апартаменты, — он раскинул руки обращая внимание Эрла на просторность помещения.
— Могила, она и есть могила. Большая или маленькая.
— Двадцать минут назад ты был готов расстаться с жизнью. Сейчас же видишь как все обернулось. Кто знает, может они, — запрокинув голову, он посмотрел наверх — сквозь толстую бетонную броню доносились звуки ожесточенного сражения, — перебьют друг друга, и дело с концом.
— Ничего не изменилось, нам от сюда не выбраться.
— Может ты и прав. Но есть и плюсы – завтрашнюю вечеринку я могу пропустить.
— Пропустишь, не сомневайся, как и все остальные. Кх-кх-кх — откашлявшись, он продолжил: — Думаю это Дагет заварушку устроил. Если так, то Френк обречен.
— Кто такой Дагет?
— Вдвоем с Френком, они делили этот сектор. Но как оказалось в итоге, Дагет оказался более прожорливым. Хорошо что этим все и закончилось, хотя я и не думал, что Дагет явится сюда.
На краю стола был закреплен пуль от проектора.
Взяв в руки тонкую длинную пластинку с тачпадом, он зажег монитор меню.
Над столом появился белый, едва прозрачный экран. С множеством иконок и подпунктов, упрощающих навигацию. Экран светил гораздо ярче тех одиноких, умирающих на потолке ламп, залив длинный лакированный стол серебряной дорожкой.
Бегая глазами по списку, Аоки щелкнул статью с кричащей надписью «БОГ СМЕНИЛ РУКИ», ниже более мелко – «Тонни Даэрман займет должность Руководителя». На фотографии сияющее лицо Тонни. Дежурная улыбка точь в точь копировала ту, что была на постере, висевшем на стене.
Белый экран слегка расширился и выскочила статья:
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —
БОГ СМЕНИЛ РУКИ
Тонни Даэрман займет должность Руководителя проекта
«Синтез Материи из Кварк-глюонной плазмы»
Сегодня на совете Глав, было принято решение, о назначение на должность Руководителя проекта «Синтез Материи из Кварк-глюонной плазмы» профессора Тонни Даэрмана, который сменит на этом посту своего коллегу, Зока Фейермана, руководившего проектом на протяжении последних семи лет. Профессор Тонни Даэрман, как и Зок Фейерман, является ученным с мировым именем. Получив признание в столь юном для науки возрасте, он обскакал в этом своего старшего соратника, Фейермана, который по словам Тонни, цитата: «…навсегда останется моим учителем. А лучшая награда для любого учителя, это то. Когда ученик превосходит его», конец цитаты.
Тонни Даэрман получил мировую известность, после того как стал лауреатом премии «Outstanding Mind of the Century» в свои 25 лет. Которую, профессор Зок, к слову получил в 28. Всего же этой премии за прошедшие 108 лет удостоились лишь пять человек, среди которых, Тонни, является самым молодым. Поможет ли юность добиться Тонни еще больших высот? Уже очень скоро мы это узнаем.
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —
«Фейерман? Он был у руля всей этой… корпорации?! Неужели это он? Ну, это бы объяснило его самоуверенность… и его оружие с маячком. Частично…»— Аоки вспомнил о том, сколько ему осталось времени, до того как на остров вернется Зок.