Скукотища!
Он всё попробовал и испытал, а теперь хотел чего-то большего. Не эту вечную еду! Он с пренебрежением ударил по чаше, и та с грохотом покатилась по полу, разбрасывая кусочки божественной еды, божественной для смертных, но не для него…
Бог невольно залюбовался получившимся узором из пищи, и вспомнил о дарах, что щедро раскидал по мирам. Именно Его дары напитывали Его самого кусочком силы от пропущенной энергии, а сердце наливали мощью и давали множество новых идей для проказ и озорства.
Он хлопнул в ладоши, такая ненавистная еда пропала, а на белоснежном полу, как на карте, серыми огоньками загорелись его дары.
— Хм, а ты тут как оказался?
Бог с большим интересом разглядывал один из них, который оказался совсем в незнакомом месте.
— О! А вот и развлечение!
Он узрел весь путь своего избранника, но не он сам интересовал бога. Нет! Он и так мог видеть куда и как перемещается его избранный. И мог регулярно играть с ним из скрижали, то подкидывая хитрый жетон, то меняя эффект у скучного многоразового жетона, но иногда усиливая или наоборот ослабляя ненавистный постоянный жетон. Нет, не эта игра интересовала Его сейчас, а сам мир и его обитатели. Особенно те, с кем можно было свободно поиграть, те на ком поставил знак сам избранник, ведь это такая интересная и вкусная игрушка для бога!
Он огляделся на барельефы ехидно что-то припоминая или ища место…
Миг и вместо величественного тела на ложе оказался пегий голубь. И лишь глаза этого существа выдавали очень непростую природу. Ещё миг и Он влетел на подоконник жилища никчёмного человека, который задолжал богу веселье…
Дом торговца семечками, того самого бандита из шайки торговцев, время сошествия бога
Бандит, бывший глава банды, лежал на кровати прикованный к ней беспомощностью своего тела. Похоже, что демоны мучили его два дня, а теперь наступило долгожданное избавление.
Вот только…
Он смутно припомнил свой недавний сон, будто представил себя лежащим на кровати, когда вдруг голубь влетел в открытое окно и уселся на подоконник.
— Гур-гур? — заинтересованно проворковал тогда голубь.
Бандит лишь махнул рукой, схватил подушку и швырнул в направлении птицы с криком:
— А ну кыш, поганец!
Однако всё пошло не по плану, голубь с важностью слетел с подоконника на скрипучие половицы и лихо переваливаясь поплёлся, собирая в клюв разбросанные после еды консервные банки. В это время у мужчины начал расти хвост, а руки и ноги превратились во всегда дрожащие лапки. При этом следом сам он обратился в мелкую вечно трясущуюся собачку, очень сильно похожую на помесь косули и крысы.
— Гав! — пролаяла собака.
— Гур-гур! — гордо ответил пухлый птичий гость.
Затем произошло нечто невероятное — голубь привязал консервные банки на хвосте собаки и начал гоняться на ней по комнате, то взлетая, то снова приземляясь на спину зверька. Собачка пыталась избавиться от волочащихся банок, но все её старания приводили только к ужасному звуку.
Такой странный сон снился бандиту, и теперь он лежал и размышлял о его значении. Он перевёл свой взгляд на валяющиеся связанные нитями банки и странные следы на полу.
— Да ну? — охваченный ужасом выдохнул бандит в пустоту.
Вдруг послышался стук в дверь, но ему не хотелось вставать. Бандит поднялся на локте и крикнул:
— Иди прочь отсюда!
— Сам ты иди! — донёсся голос из-за двери — Перестань мучать животное и выбрось наконец эти чертовы банки!
— ЧТО?!! — вскричал бандит.
— Гур! — ответил голубь и опустившись на его спину, клюнул мужчину в лопатку.
Теперь из тела незадачливого бандита стремительно полезли перья, а сам он начал превращаться в птицу.
— НЕ-Е-ЕТ! — взревел бандит.
— Гур-гур. — почти смеясь проворковал голубь.
Затем они оба исчезли в окне, озаряя двор железным грохотом. Но лишь редкие прохожие задрав голову могли заметить загадочную птицу, а на ее спине сидевшего голубя со сверкающими глазами…
Глава 9
Перед нашим судном отворился вход в гавань Магнитогорска. А я тем временем осмотрел себя после водного инцидента и нахмурился. Одежда пришла в негодность. Хлопья плоти вперемешку со слизью и кровью китообразного монстра, а также остатками обеда твари лежали на мне ровным слоем. На плече покоилось оторванное щупальце, к тому же мой ботинок был разорван клешней. Кстати, знакомой клешней. Рыбий мутант всё же умудрился мне подгадить, даже после собственной смерти. Но что самое ужасное — от меня теперь несло рыбой.