— За империю, — хмыкнула шиза, когда я пропустил первый удар.
— За империю, — повторила она, когда, вытирая кровь из носа, я потянулся к замершему от крика Романовой Клыку и дернул ему палец, вырывая тот из сустава. Очень подлый прием: крайне болезненный и в то же время не оставляющий совершенно никаких следов.
Реагируя на крик своего предводителя и даже наплевав на посторонних, еще четверо метростроевцев бросились в мою сторону. На этот раз пропускать удары я уже не стал, просто уворачивался, пока Зубков, Романова и приехавшие с ней обалдевшие от накала страстей добровольцы не растащили всех в стороны.
Что ж, расстановка фигур закончена, осталось нанести…
— Ответный удар, — снова подсказала шиза.
Продолжение завтра! Не пропустите!
Глава 8
Сегодня Ольга решила не полагаться на эмоции, а действовать так, как ее учили. Прежде всего, не выделяться, а если выделяться, то прятать свою власть за чьей-то другой фигурой… Что, собственно, она и сделала: приехала на завод как активист, завербованный НКВД, и предложила месячную практику для желающих по самому простому критерию: членство в партии и ГТО, сданный на вторую ступень. Ольга рассчитывала, что придется обойти несколько мест, но на Кировском уже были в курсе нового большого проекта, который курировали Ленгорсовет и лично товарищ Жданов, поэтому не просто не стали мешать, а с удовольствием поддержали. Нашли людей, выделили транспорт, пообещали помочь с питанием… Ольга неожиданно почувствовала то, чего ей, как оказалось, давно не хватало. Большого дела, большой силы, став частью которой, она могла бы лететь вперед.
Она даже успела подумать, что следующая встреча с Антоновым пройдет нормально. Кто бы сомневался, что этот студентик не оставит даже пыли от ее ожиданий. Она приехала на стройку, она узнала, что Антонов с главным инженером как раз на объекте, и отправилась туда с шиком, чтобы одновременно и похвастаться, и познакомиться. А этот гад там драку устроил! И пусть формально по морде дали именно ему, но результат-то какой?
Напавших, оказавшихся самыми главными противниками Антонова, забрали в милицию. Забавно: те успели сговориться и пытались указать на перелом пальца у своего старшего, но осмотр мгновенно показал их ложь. Неужели, получше ничего придумать не смогли? Впрочем, возможно, тут была какая-то хитрость. Уж больно быстро после того, как задержанных увезли, Антонов прекратил тереть щеку, где не осталось и следа от удара, и принялся фонтанировать новыми задачами.
Возможно, и не стоило спешить к нему так уж сразу? Ольга поморщилась, но дала согласие снова связаться с заводом и обеспечить добровольцев еще и на работах с фундаментами. В процессе обсуждений взгляд девушки зацепился за ту самую схему вентиляции, которую Антонов показывал ей с утра. Были у нее сомнения, насколько грамотно студент все сделал, но судя по реакции инженера-метростроевца тот не увидел в ней никаких явных изъянов. Чем дальше, тем больше у Ольги появлялось вопросов, и теперь, как ее учили, нужно было выбрать правильный момент, чтобы не просто задать их, но и получить ответы.
— Да, еще кое-что важное, — Антонов закончил обсуждать новые задачи и вернулся к ней. — Для физической работы берите не только рабочих, но и народ с института подтяните.
— Зачем? — задумалась Ольга. — Они слабее и точно воспримут это без энтузиазма.
— Зато я посмотрю на них в деле. Знания — это важно, но какой в них смысл без умения пахать.
— А если отсеешь таланты?
— Таланты, которые горят своим делом, поверьте никак не отсеются из-за такой малости. И не забудь самое главное?
— Сделать все сегодня? — хмыкнула Ольга.
— Это естественное. Главное — это журналы учета, потому что коммунизм — это советская власть и нормальная бюрократия.
Ольга чуть не поперхнулась. Антонову повезло, что это не слышали посторонние, но в целом, ему бы следить за языком. Недавно на американский манер «боссом» назвал, теперь это. А то, учитывая его трудолюбие, будет жалко такого терять… Чтобы сменить тему, девушка поинтересовалась, а куда ее временный начальник отправится теперь и не нужна ли ему будет ее помощь.