И вот такому исходу он был бы рад больше всего!
Сижу, охлаждаю лоб о стекло. Не знаю, как кого, а меня эта возможность всегда успокаивает. Тут и прохлада, и вибрации трамвая, автобуса или поезда, что передаются всему телу и помогают ощутить себя частью чего-то большего.
— Технологический институт, — контролер, статный старик в модной кепке и с кулечком конфет для совсем маленьких пассажиров объявил мою остановку.
— Прошу прощения…
Чуть не проехал, пришлось проталкиваться, и все из-за военных. Начал готовиться к завтрашнему представлению, забыл про основной график, и теперь всюду опаздываю. Так Флеров меня не дождался, ушел в лабораторию, из-за чего я и решил пока съездить на строительную площадку. И хотя бы тут пока все работало, как надо. Охрана, журналы, образцы всего, что шло в дело. Отдельно порадовало появление Клыка с товарищами, которые и сами принялись работать в поте лица, и другим спуску не давали. Неудивительно, что с заменой песчано-гравийной подушки закончили так быстро и приступили к установке опалубки и варке каркаса.
Теперь бы еще Флерова все-таки поймать! Я вернулся в институт, дошел до нужного кабинета, когда заметил в конце коридора знакомую фигуру.
— Жора!
— Виктор, — тот тоже меня узнал. — Скорее, иди сюда, буду показывать, что успел.
Прозвучало очень обнадеживающе. Я даже пробежался: не очень величественно, но кому на это не плевать. Жора тем временем поманил меня в отдельный кабинет, где на большой доске была зарисована детальная схема будущей установки. На месте реактора, чьей конструкции он не знал, значился просто черный ящик, а вот все остальное было уже в масштабе и с прорисовкой части узлов.
— Георгий Николаевич, готово!
Только я задумался, как это Жора все успел, как голос подали трое привлеченных им студентов. Вернее, студенток.
— Это не то, что ты думаешь, — сразу повернулся ко мне Флеров.
— Значит, это не помощь любимому преподавателю за дополнительную оценку? Тогда что?
Флеров покраснел еще больше. Три девушки, среди которых оказалась старающаяся не смотреть в мою сторону Ирка Гоглидзе, тоже.
— Ладно, прошу прощения за шутку, — я решил, что будет проще извиниться самому. — Жора… В смысле, Георгий Николаевич, давайте пройдемся по тому, что вы нарисовали. Проверим на крепость наши теории.
— Хорошее выражение, — закивал тот, потом повернулся к девушкам, раздумывая, насколько вежливо будет просто выпроводить их отсюда.
— Может, оставим твоих помощниц? — опередил его я. — Если им интересно, лишний взгляд со стороны нам не помешает. А там, глядишь, и постоянная команда соберется.
Никто не возражал, так что мне быстро представили студенток. Два новых имени, Таня Горская и Аня Алферова, ничего мне не сказали, но поработали они неплохо, и привязать пару умных человек к проекту никогда не будет лишним. А кто они при этом, длинноволосые блондинки или короткостриженые шатенки, было не так уж и важно.
Флеров тем временем начал описывать схему. Забор воздуха, фильтры, компрессоры — на входе стандартная, простая и надежная, как болт, схема. Никаких вопросов. На выходе же все было уже интереснее.
— Я учел твои слова о том, что нейтроны будут активировать пыль и даже газы, соответственно постарался заложить ловушки для всего, что нас будет ждать, — Жора ткнул в середину своей схемы. — Начали мы с самого простого, с воздуха, где нейтроны из реактора могут захватить азот и аргон. Период полураспада азота-16 всего 7 секунд, так что за время прохода по вентиляции он станет почти полностью неопасным. Период полураспада Аргона-11 уже хуже, там все 110 минут, а значит в идеале нужно выводить его в отдельную емкость и там задерживать на несколько часов.
— Мы столько журналов иностранных перерыли, чтобы эти цифры найти, — похвасталась беленькая Горская.
— Дальше я пошел по веществам, что у нас получаются в процессе распада урана, — кивнул девушке Флеров.
А кто-то у нас сердцеед — гормоны внутри меня на мгновение подняли голову, но я быстро взял себя в руки. А Жора тем временем дошел до радона, вечного спутника урана. И чертовски опасной гадости. Вроде бы газ, даже инертный — вдыхаешь его, выдыхаешь без всякого вреда. Вот только у него период полураспада всего несколько дней, а потом он спокойно так выпадает внутри тела в виде свинца, полония и висмута. Или цепляется к пыли, активирует уже ее и опять же вдыхается… В любом случае результат тот же. Альфа-излучение внутри организма, которое фактически выжигает живые клетки, либо сразу убивая, либо прокладывая дорожку для рака.