С Таль не было нужды ни в каких ощущениях или сигналах, чтобы распознать исходящую от неё угрозу. И хотя Роми признавала, что может вновь ошибаться, что Таль – не враг им всем, убираться обратно в Тмиор не торопилась.
– Я тоже рада нашему знакомству. Очень много о тебе слышала, – улыбнулась Роми. – Адан, объяснишь?
– Я? – Пару секунд он переводил взгляд с неё на Таль и обратно. Внимательно разглядывал, словно сканировал. Или сравнивал. Потом вдруг зло улыбнулся, с силой привлёк Таль к себе, обхватив за талию. – Нет уж. Пусть он, – Адан кивнул на Алэя, – тебе объясняет. У него хорошо получается. А мы пока прогуляемся. Нам…
– Я сама могу всё объяснить, – перебила Таль. – Гораздо лучше, чем Ади, поверь. Что именно тебя интересует?
– Адан, ты… я… – Роми на мгновение нахмурилась и почувствовала себя круглой дурой.
Неужели она ревнует Адана к этой наглой девице? Роми соврала бы себе, если бы сказала, что никогда не думала о нём и о том, что произошло между ними. Почти произошло. Что забыла его слова, что не вспоминает. Она соврала бы, если бы сказала – что всё это имеет прежнее значение. Но оглянуться на Алэя почему-то оказалось невероятно тяжело. А он в этот самый миг как раз наклонился, выуживая что-то из воды, и через секунду послышались шлепки плоского камешка по воде.
– И что же ты можешь объяснить? – Роми взглянула на Таль. Ещё одна доа и снова из Актариона, который когда-то приложил руку к наказанию Эннеры. Как и почему – не имело значения. Той, кто изменил Миру, не составило бы труда провернуть опыт и над собой. Улучшенный, исправленный и дополненный эксперимент.
– Могу или должна? – улыбка с лица Таль не исчезла, просто стала другой – холодной и жёсткой. Точно так же изменился взгляд тёмно-синих глаз. В них больше не было ни капли вежливого дружелюбия, только высокомерие и голый расчёт, будто Таль мысленно прикидывала, какую пользу может извлечь из ситуации. И совершенно этого не скрывала, как не ждала ответа на свой вопрос. – В принципе, я в отличие от тебя могу объяснить всё. Если захочу.
Роми пожалела, что так мало расспрашивала Ллэра о том, чем он занимается с Таль, о деталях того, что ищет, что не углублялась в его план. Что раньше лишь злилась, обвиняла и предрекала, что ничего не выйдет. А если и выйдет – совсем не то, что задумывал. Позже злость исчезла. Понимание этого в какой-то момент шокировало, а потом у них не осталось времени на личную неприязнь. Слишком много всего свалилось. Они виделись несколько раз, каждый – почти мимоходом. В последнюю встречу она успела рассказать ему о роли Актариона в Содружестве и союзе с Тлай. Почему он не предупредил, что Таль пошла в своих опытах дальше? Не знал или не захотел?
– Если я найду, что предложить тебе взамен? – спросила Роми, возможно резче, чем стоило и чем имела право.
Таль усмехнулась.
– У тебя нет ничего, что могло бы меня заинтересовать. Кроме него, – небрежным кивком указала на Адана, застывшего, словно изваяние. Повелительным жестом остановила, когда он собрался вмешаться. – Ты просила объяснить. Передумала?
Роми вскинула брови, улыбнулась.
– Мы, видимо, друг друга не поняли. Я сюда не по своей воле пришла, и вопрос мой касался именно этого.
– Не знаю, как наши мужчины, но я прекрасно поняла, хотя вопрос ты так и не озвучила, – Таль подкинула на ладони искрящийся сгусток энергии, самодовольно улыбнулась. Фиолетовый шарик пролетел несколько метров, за считанные доли секунды преодолевая расстояние до Сферы, с характерным хлопком встретился со сверкающей гладкой поверхностью и эффектно разлетелся разноцветными искрами. – Объясняю, что здесь только что произошло. Всё дело в том, что Адан – страшный собственник, – как ни в чём не бывало продолжила Таль. – А поскольку вместо того, чтобы изучать новые возможности, он три месяца последовательно и методично глушил способности доа, то контролировать определенные желания так и не научился. О некоторых даже не подозревает, – она обернулась к Адану, подмигнула. – Мы умеем притягивать других к себе. Практически любого из любой точки и любого мира, пока он открыт, – Таль повернулась обратно к Роми. – Считай, тебе сказочно повезло. Ади очень вовремя тебя приревновал.