– Мира! Самар!
Адан отставал не больше, чем на шаг, но когда вошёл в дом, Ллэр уже скрылся в глубине комнат. Кто такой Самар, не было ни малейшего представления. Зато почти сразу стало ясно – Миру в этом домике им не найти. То ли опоздали, и она успела переместиться в другое место, то ли он ошибся, и её здесь вообще не было. В последнее не верилось – сильное присутствие ещё ощущалось в пространстве.
Сразу за дверью обнаружилась чистая, светлая квадратная прихожая с узкой лестницей без перил, упирающейся верхним концом в деревянную же крышку люка и широкой скамьёй под окном. Её всю уставляли вазоны с одинаковыми тощими, чахлыми растениями. В противоположной от входа стене имелась ещё одна, уже не запертая. Дерево почернело, будто кто-то пытался выжечь замок.
Дальше холл, квадратный. Три двери. Все открыты. Три небольшие, похожие, как отражения, комнаты хорошо просматривались с любой точки. Внутри все из дерева. Деревянный, отполированный пол, деревянные стены, светлая мебель, грубая, сделанная руками. Тканые дорожки на полу, плетёные скатерти.
В комнате был выход в четвёртую, а на пороге неё стоял Ллэр и отрешённо смотрел перед собой.
Адан поравнялся с ним и тоже застыл.
У противоположной стены на узкой кровати, закутавшись в белую простыню, лежал человек. Со спины невозможно было предположить возраст даже приблизительно. Может, мальчик, а может, древний старик. Одно было совершенно ясно – перед ними труп. В бездыханном теле не проглядывалось ни грамма жизненной энергии.
– Какого чёрта здесь забыла Мира?
– Самар мёртв, – произнёс Ллэр, как будто это было ответом на вопрос.
– Вижу. Но как?.. Он же атради. И мы в Тмиоре. Такое возможно?
– Невозможно, – Ллэр по-прежнему смотрел в одну точку. – Не должно быть возможно. Но ты сам видишь.
– Может, Мира пыталась его спасти?
– От кого? – Он потёр ладонями щеки, будто пытался проснуться, и словно через силу перешагнул порожек. Остановился, обернулся. Адан видел, что Ллэр по-настоящему изумлён. – Самар считался самым древним из нас. Но поскольку никто из истинных атради не помнит времени без себя, сам понимаешь, их мнение может быть ошибочным, – Ллэр снова посмотрел на неподвижное тело. – А теперь он мёртв.
Адан остался стоять в проёме, прислонившись спиной к деревянному косяку. След Миры терялся здесь, и это пугало сильнее, чем необъяснимая смерть самого древнего атради.
– Ллэр, я её больше не чувствую.
– Хочешь сказать… – он не договорил. Помолчал секунду, потом воскликнул: – Но ты же жив! Ты бы знал, если бы испытал ощущения подобные к… – Ллэр снова замолчал, потёр указательным пальцем переносицу. – Идём. Спросим Роми.
И тут же исчез.
Расспросить Роми показалось превосходной идеей. Она должна была знать хоть что-то. Если, конечно, ещё в состоянии об этом рассказать. Что, если…
Адан поморщился, отгоняя неприятную мысль. Не раздумывая, последовал за Ллэром и с удивлением обнаружил, что оба находятся на той же самой поляне возле домика, куда он сам привёл их пару минут назад. Но уже не одни.
Ллэр грубо перехватил Роми. Рывком отбросил в сторону, прижал к стене. Рявкнул, не давая опомниться:
– Где Мира?!
– Эль?! – она удивилась. Попыталась его оттолкнуть. Конечно же, не вышло.
– Где?!
– Где… Что ты здесь делаешь?.. Вы… – Роми выглядела растерянной. Явно не сразу заметила Адана. Явно не соображала, где находится. – Отпусти! Чего ты орёшь? Откуда я знаю.
– Не знаешь?! – Ллэр угрожающе навис над ней.
– Эй, постой. Не надо так, – вмешался Адан. – Мы без понятия, что случилось. Мира могла… – он замолчал, не найдя подходящего слова.
Ллэр в его сторону даже не глянул, но хватку, похоже, ослабил, хоть и не настолько, чтобы Роми смогла высвободиться.
– Я жду, Ромиль.
– Ты о ней так печёшься, что готов меня придушить?
– Рэм! – оборвал Ллэр.
– Прости. – Роми посмотрела на лес. – Несколько минут назад она была в Замке. Потом начала задыхаться. Заявила, что ей не нужна жалость и исчезла. – И совсем тихо добавила, встречаясь взглядом с Ллэром: – Она вылечила Алэя.
– Что?.. – тот удивлённо замер, медленно разжал пальцы.
Адан нахмурился. Вряд ли в Тмиоре было два Алэя. Наверняка тот самый, о котором рассказывала Роми. Но откуда Мира его знает и почему решила вылечить? Просто так? Жест доброй воли?
– Если я копировал все ощущения Миры, дальше должен был быть взрыв. А теперь я её не чувствую. Значит… – Адан сжал кулаки.
– Нет, – Ллэр покачал головой. – Ничего не значит, не торопись, – он отвернулся. Постоял, глядя на лес вокруг домика. Спросил Роми: – Почему ты пришла сюда?