Тунгус извлек из чехла свою двустволку, шомпол, паклю и принялся за дело. - Ксения Викторовна, а как вы вообще оказались в тайге? - заговорил Берестов. - Вроде не женское это дело - по экспедициям мотаться. - А, по-вашему, женщина только в домохозяйки годится? - тут же ощенилась Воронцова. Она терпеть не могла этот махровый мужской шовинизм, при котором женщине отводилась скромная роль жены и матери. Нет, Ксения мечтала о большем. Ее кумирами были Мария Складовская-Кюри и некая француженка, которая в прошлом году стала пилотировать аэропланы наравне с мужчинами. Павел слегка растерялся от ее резкого ответа и счел за лучшее промолчать. Зато Дженкоуль заинтересованно взглянул на девушку и бесцеремонно спросил: - Ксюша, а у тебя муж есть?
Теперь растерялась Воронцова. Так фамильярно - по имени и на 'ты' - звали ее только отец и мать. Ну, и подружки, разумеется. Все же остальные и на прииске, и дома в Санкт-Петербурге, соблюдали приличия, обращаясь на 'вы' и по имени-отчеству. Так было заведено в приличном обществе. Вот только этот дикий тунгус плевать хотел на приличия.
Острая на язычок Ксения без колебаний поставила бы на место наглеца... если бы они только что все втроем не удирали от 'Морозки' и взбесившихся оленей, а потом вместе с тунгусом не оперировали бы Павла.
Воронцова ясно понимала, что эти двое, молодой неотесанный тунгус и симпатичный раненый юноша, спасли ей жизнь, причем дважды - когда она тонула возле ртутного камня и потом, когда их чуть не затоптали олени. Ксения не была неблагодарной скотиной, но и стерпеть такое обращение было трудновато. И она молчала, не зная, как же ей себя вести.
- Так есть муж или нет? - настаивал Василий, не прерывая своего занятия по чистке ружья.
- Нет, - выдавила Ксения.
Берестов внезапно поймал себя на мысли, что ему очень понравился такой ответ. А тунгус все не унимался:
- Нет? - удивился он. - Тебе сколько лет?
Слишком прямолинейные вопросы доводили девушку до отчаяния. Поведение тунгуса казалось ей хамством. В отличие от нее, Берестов понимал, что Василий и не думает оскорблять Ксению.
В среде тунгусов вообще бытовало весьма уважительное отношение к женщинам, но проявлялось это не в словах, а в главном - в заботе о ее безопасности, жилье и пропитании.
Василий спрашивает Ксению напрямую и говорит то, что приходит ему в голову, потому что привык общаться именно так. У тунгусов существовали довольно свободные отношения между мужчинами и женщинами. Недаром их, в отличие от тех же якутов, частенько называли 'сибирскими французами'. К примеру, со своей юной женой Василий впервые переспал за несколько месяцев до свадьбы, и оба считали такое вполне нормальным. Но в интеллигентном российском обществе начала двадцатого века это восприняли бы, как разврат. И уж тем более не приняли бы тот факт, что Василию вначале пришлось заплатить калым за девушку, и только потом идти с ней в постель. Кстати, если бы Василий после близости отказался жениться, это не выглядело бы катастрофой - выкуп остался бы в семье девушки, и ее потом продали бы очередному жениху еще раз.
Хуже пришлось бы самому Василию. Оставшись и без жены и без калыма, ему пришлось бы долго объясняться со своим отцом по поводу бестолкового разбазаривания имущества семьи.
Сам Павел в силу своей профессии тоже смотрел на приличия более свободно. Во время обучения и последующей медицинской практики ему приходилось видеть обнаженных женщин - пациенток, и даже прикасаться к ним. Случалось задавать им и не слишком приятные вопросы, выясняя симптомы или обстоятельства возникновения болезни. Поэтому он не вмешивался в разговор Василия и Ксении. Тем более что и его тоже весьма интересовали ее ответы... - Ксюш, ты уснула там что ли? - вновь окликнул девушку Дженкоуль. - Тебе сколько лет?
- Семнадцать, - Ксения поняла, что тунгус все равно не отвяжется, пока не добьется ответа.
- Много, - протянул Василий. - Старая ты. Давно пора быть при муже. Чего-то ты в девках засиделась. Вроде и лицом, и телом ладная. Что ж не берет никто? Ксюша вспыхнула, готовая провалиться сквозь землю. - Небось, твой отец за тебя много оленей запросил, - предположил Дженкоуль, не дождавшись ответа. - Или он деньгами выкуп хочет взять? Не переживай. Ты красивая. Кто-нибудь тебя обязательно купит.
Ксению от негодования едва удар не хватил. Да за кого этот наглый тунгус ее принимает! Увидел ее ноги и уже решил, что она продается! Как бордельная девка, прости Господи! Ведь только их покупают мужчины. А порядочные девушки выходят замуж бесплатно - по любви. - Пусть только посмеет кто-нибудь предложить за меня деньги! - выпалила Ксения. - Да я... я... - от возмущения она не могла подобрать слова. - Я ему глаза выцарапаю! И тебе!