'Хватит тут рассиживаться', - решил Павел.
- Предлагаю оленей никаких не искать, - решительно заговорил он, - а сразу пойти на прииск. Ксения Викторовна, вы помните дорогу? - Э-э-э... Да. Вернее, если выйдем к Злате Водянице, то там уже вдоль речки по прямой. Думаю, что не заблудимся.
- А речка за грядой? - уточнил Дженкоуль.
- Да, - уверенно кивнула Ксения.
По молчаливому согласию с Павлом, Василий забрал единственную оставшуюся двустволку себе, закинул ее за спину и первым зашагал вверх по склону, петляя между деревьями, стараясь идти не слишком быстро, примериваясь к скорости Берестова.
Они уже перевалили гряду и спускались вниз по склону, когда внезапно увидели большое брошенное кострище.
- Тут были люди! - обрадовалась Ксения.
Она хотела подойти к черному кругу выжженной травы, но Дженкоуль схватил ее за плечи, останавливая.
- Руки уберите! - Воронцова резко высвободилась и посверлила Василия гневным взглядом. - Не смейте ко мне прикасаться! Дикарь! - В самом деле, Вась, - вмешался Берестов. - Ты бы поаккуратнее. Зачем сразу хватать?
Дженкоуль ткнул пальцем в сторону кострища и торопливо пояснил: - Нельзя туда
- Почему? - удивился Берестов.
Василий ответил не сразу, присматриваясь к засыпанной пеплом земле. Что-то тут было не так. Очень не так!
Взять, к примеру, муравейник. Кострище расположилось от него всего в двух шагах. Кто, скажите, станет разводить костер рядом с муравейником? Кому захочется терпеть этих мелких и беспокойных соседей? Среди людей вряд ли найдутся такие ненормальные. Да и зачем разводить костер именно тут, когда можно сделать это на несколько саженей дальше. Или ближе. И все же кострище сделали рядом с муравейником, выбрав самое неподходящее из всех возможных мест.
Это первая странность. А вот и вторая: угли. Вернее, их отсутствие. Вместо них - мелкий жирный черный пепел.
Странный пепел. Такой остается не от углей, а если сжигать, к примеру, тушу животного. Не готовить, а именно сжигать. Но кому могло понадобиться такое? И потом, если тут и в самом деле сгорел кто-то живой, должны были остаться кости - их очень трудно сжечь дотла. Но никаких костей не видно. И третья странность. Муравьи не лезли в кострище, а тщательно обходили его стороной. Подбегали к самой границе выжженной земли, шевеля усиками, и тут же отскакивали прочь.
- Это оставили не люди, - уверенно заявил Дженкоуль. - Здесь Огды пировал. Это его кострище.
- Кто пировал? - не поняла Воронцова.
- Бог огня. Это плохое место.
- Ерунда, - фыркнула Ксения. - Нет никакого бога огня. Есть один-единственный Бог. И он никак не мог тут пировать.
- Да ну его к черту это кострище, - поспешил вмешаться Берестов, предвидя новый конфликт, на этот раз на религиозной почве. - Пойдемте отсюда. Доберемся поскорее до реки.
Они двинулись дальше, оставив странное место. И только Василий задержался на мгновение, пробормотал какую-то молитву и бодро зашагал следом за остальными.
За грядой никакой речки не оказалось. И вообще воды. Вместо нее раскинулась поросшая редколесьем сухая низина.
Трое молодых людей остановились на склоне, рассматривая окрестности. - Ну, и где эта твоя Водяница? - ехидно поинтересовался Дженкоуль у Ксении. - Должна быть здесь... Как же так?.. - Воронцова протерла глаза, помотала головой, словно надеялась, что пропажа найдется, и завопила: - Речка была тут! Вернее, там, внизу!
- Ты чего орешь? - зашипел на нее Дженкоуль. - Не можешь говорить потише? Какая же ты все-таки непутевая. В кострище Огды чуть не влезла. Про речку все перепутала. Теперь вот в лесу во весь голос орешь, беду на нас накликаешь. Понятно почему тебя замуж никто не берет. Бестолковая ты. От тебя, небось, все парни шарахаются. Вот лично я бы за тебя и двух оленей не дал. Тело у тебя, конечно, хоть куда, а вот мозгов нет.
- А-а-а... Да ты!.. Ты!.. - Ксюша едва не потеряла дар речи от возмущения. - И никто от меня не шарахается! А ты!.. Сам бестолковый!.. И кстати, я бы за тебя и за тысячу оленей не пошла! Лучше в петлю головой, чем за такого дурака замуж! - Вась, ну, в самом-то деле. Чего ты все время цепляешься к Ксении Викторовне? - заступился за Воронцову Берестов. - Она вовсе не бестолковая, просто растерялась маленько. Вот тебя если в Петербурге на Дворцовую площадь выпустить, ты тоже растеряешься. И потом, у нас, у русских, за невест оленей не дают... - Неправильно вы живете, - осуждающе покачал головой Дженкоуль. - Все у вас, у лючи, не как у людей.
- Да ты сам дикарь неотесанный! - возмутилась Ксюша. - Погоди, - перебил Дженкоуль. Глазастый тунгус разглядел кое-что между деревьями. - Вы лучше туда гляньте. Видите, в низине, между полуднем и закатом? - Люди! - обрадовалась Ксюша. - Пойдемте к ним! - Да тихо ты, - вновь цыкнул на нее Дженкоуль.