- Как же отвратительно август начался, - вздохнула Ксения. - Июль, - машинально поправил Берестов. - Июль начался. Вернее, завтра начнется. Сегодня тридцатое июня.
- Вы что-то путаете, молодой человек, - вмешался инженер прииска. - Тридцатого июня я был в Енисейске с отчетом. А сегодня третье августа 1908 года от рождества Христова.
- Точно так, - подтвердил Воронцов.
- В-в-ерно, - кивнул Тюлькин. - Т-третье авгу-у-уста. - Ну, хотя бы год совпадает, - ошарашено протянул Берестов. - Знаете, я тут припомнил еще одну странность, - заговорил Тамм. - Сначала ударил гром, и только потом молния. Причем прямо с чистого неба. - Действительно чудно, - подхватил один из старателей. - Обычно гроза с тучами приходит. При чистом небе ее не бывает.
- Странность не только в этом, - нахмурился Воронцов. - Не может гром идти впереди молнии. Сначала свет, а потом звук. И никак наоборот. - Верно, - подтвердил Дженкоуль. - Всегда сперва дюсэн (*дюсэн - молния, эвенк.) бьет, а уж потом громыхает.
- Обычно да, так, - согласился Воронцов. - Только на сей раз все было наоборот. - Чудно, - удивился тунгус.
- Виктор Николаевич, а дальше что с вами было? - спросил Берестов. - Я потерял сознание, причем даже не понимаю толком от чего. Просто в глазах потемнело и всё.
- И я тоже, - вспомнил Тамм.
- А я башкой о дерево шмякнулся, когда от молнии убегал. Дальше ничего не помню, - поделился своей историей один из старателей. Остальные тоже загалдели, вспоминая.
- Выходит, сознание теряли абсолютно все, - сделал вывод Берестов. Он вопросительно посмотрел на Лаптева.
- Я тоже, - подтвердил тот.
- А знаете, что еще очень странно, - неожиданно осенило Воронцова.- Сознание потеряли все в одном месте, а вот очнулись почему-то в разных. Когда ударили молнии, и Ксения, и Фрол, и остальные из экспедиции были рядом со мной. Нас всего было семнадцать человек.
- С-е-е-мнадцать, - подтвердил Тюлькин.
- А очнулись мы вшестером, - продолжал Виктор Николаевич. - Причем не в низине, где нас застали молнии, а почему-то на вершине. - Мы вдвоем остались в низине, - пробасил Лаптев. - А меня отбросило аж за гряду, - напомнила Ксения. - Да. А где остальные вообще не известно, - вздохнул Воронцов. - Так и у нас большую часть народа раскидало, - добавил инженер. - На прииске больше тысячи рабочих было. Куда они все подевались? И где сам прииск? Вопрос остался без ответа. Все потрясенно молчали. - В произошедшем катаклизме вообще очень много непонятного, - вернулся к прежней теме Берестов. - Вы описываете гром и молнии, а у нас было больше похоже на чудовищный взрыв огромной бомбы. Вернее, аж двух бомб... Сам Павел бомбистом никогда не был, но в их революционном кружке, в Санкт-Петербурге, числился один химик. Тоже из недоучившихся студентов. Он пытался сделать бомбу, чтобы подорвать некоего жандармского генерала. Берестов дважды присутствовал на испытаниях этих самоделок, которые проходили за городом в лесу.
Бомбы выходили маломощными, больших разрушений не причиняли - оставляли лишь углубления в земле, размерами в четверть сажени. Но Павел хорошо запомнил, как выглядели сами взрывы: громкий звук и волна горячего воздуха пополам с землей, а короткая вспышка огня в самом центре взрыва. Сегодня же все оказалось по-другому. Сначала два громких звуковых удара - словно раскаты грома - подряд, потом огненный вал, а следом воздушная волна. Не слишком похоже на взрывы от огромных бомб. Впрочем, в таких делах Берестов почти не разбирался. Весь его опыт ограничивался наблюдением с почтительного расстояния за испытаниями двух кустарных самоделок. - Ладно, оставим в покое взрывы, - продолжал Павел. - И без них какая-то чертовщина получается. Смотрите. Гряда эта появилась из ниоткуда. Но вы ее узнаете, а мы нет. Вы говорите про речку Злату Водяницу и прииск... кстати, каторжники тоже про нее говорили... но мы про такое и слыхом не слыхивали, хотя Василий ходил тут тысячу раз.
- Верно, - поддакнул тунгус.
- А про прииск и я бы знал. Наверняка ездил бы туда лечить рабочих. И про экспедицию вашу, Виктор Николаевич, я бы знал, ведь вы не могли не побывать в Ванаваре. Вам же надо было где-то купить провизию. - Из Енисейска мы действительно отправились в Ванавару, - подтвердил Воронцов. - Прибыли на факторию к обеду. До конца дня занимались закупками продуктов. Нанимали проводников и оленей. Потом заночевали, а утром двинулись дальше - к прииску.
- То есть вы провели там почти день, но мы с вами так ни разу и не встретились. Как такое могло быть? Ванавара - фактория маленькая, все пришлые на виду. О таком событии, как экспедиция из самого Санкт-Петербурга обычно судачат все, кому не лень. А я ничего подобного не слышал. Почему? Кстати, а в чьем доме вы ночевали, не помните?