- Ты чего? - удивился тунгус.
Ответить Павел не успел. Раздался короткий, резкий, очень громкий звук, будто выстрелили из пушки. Земля содрогнулась. Берестов невольно согнул ноги в коленях, стремясь удержать равновесие.
И тут выстрелили еще раз.
Звук был длиннее и громче настолько, что у Берестова заложило уши. Он почти оглох. Павел видел побелевшие от ужаса глаза Дженкоуля, его разинутый в крике рот:
- Пэктрумэ!!! (*пэктрумэ - катастрофа, бедствие, беда, эвенк.) Крик Василия показался Павлу шепотом. Повинуясь какому-то внутреннему чувству, Берестов схватил обезумевшего от страха тунгуса за руку и потащил вперед - туда, где виднелась небольшая яма от высохшей не так давно мочажины. Жесткая рука ветра догнала их, толкнула в спины с такой силой, что они, не устояв на ногах, кубарем полетели в яму, буквально пропахав носами пожухлый ковер травы. Именно это спасло им жизнь - прямо над головами пронесся огненный вихрь, охватывая пламенем заросли хаякты и уносясь дальше - к оставленному позади лесу.
Лиственницы вспыхивали факелами. Но пожар так и не занялся - следом за огненным валом по тайге прокатилась мощная воздушная волна, гася огонь и вырывая с корнем деревья, как травинки. Небывалой силы ураган в один миг смел не успевших спрятаться обитателей тунгусской тайги, поднял в воздух тучи пыли так, что на какой-то миг день превратился в ночь.
И снова яма спасла Берестову и Дженкоулю жизнь - воздушная волна прошла выше, на прощание щедро присыпав их землей.
Ошалевший и почти полностью потерявший ориентацию Павел едва не помер от ужаса, ощутив себя погребенным заживо. К счастью, земля была рыхлой, сухой и легко раздвигалась руками. Инстинктивно затаив дыхание, Берестов в панике принялся выкапываться, отбрасывая руками землю от лица. Но та все не кончалась и не кончалась, а легкие настойчиво требовали кислорода. Павел был вынужден сделать вдох, ожидая, что нос заполнится землей, но вместо этого втянул ноздрями воздух, правда, обильно насыщенный пылью. Берестов сильно чихнул и тут только осознал, что выбрался-таки из земляной ловушки.
Рядом ощутимо шевелилась земля. Дженкоуль! Чихая и кашляя, Павел принялся рыть со скоростью очумевшей землеройки. Вскоре из-под земли показалось сначала лицо Василия, а потом и он весь целиком. Тунгус сел, жадно хватая ртом воздух. Частицы земли попали ему в рот и нос, и он зашелся мучительным кашлем, пряча лицо под подолом охотничьей парки, чтобы вновь не надышаться пылью. Ветер стих. Поднятые в воздух частицы почвы постепенно оседали на землю. Теперь стало видно, что же творится вокруг.
Ни дальнего леса, ни близлежащих зарослей хаякты больше не было. До самого горизонта простирались лежащие на земле деревья - поломанные ветром тонкоствольные березы и вывороченные с корнем лиственницы. Некоторые вековые листвени устояли - не сломались под штормовым ветром. И теперь торчали этакими обугленными телеграфными столбами, почти полностью лишенными некогда роскошных пушистых крон.
Павел и Василий обвели окрестности ошарашенными взглядами. - Пресвятая Богородица! - ахнул Берестов.
- Да-а... Видать, крепко Огды на людей осерчал, - высказал свою версию произошедшего Дженкоуль.
Павел покосился на него, но спорить не стал. Вместо этого спросил: - Как думаешь, Вась, все закончилось?
Тунгус неопределенно повел плечами. Встал, отряхивая с одежды землю, но тотчас завыл, схватился руками за голову, завертелся на месте, а потом его ноги подогнулись, и он потерял сознание.
- Э! Вась, ты чего? - испугался Павел, но тут его собственная голова словно разорвалась от бесшумной ослепительно-белой вспышки, которая мгновенно погасила сознание, увлекая в небытие...
Павел Берестов открыл глаза. Первое, что он увидел - ясное голубое небо. Тишина стояла такая, что Павлу показалось, будто он оглох. Эта мысль моментально привела его в чувство. Он сел, опираясь расцарапанными до крови кулаками в мокрое земляное месиво.
Мокрое?..
Ему показалось, или воды вокруг и впрямь прибавилось? Вроде изначально земля в этом месте была довольно сухой, теперь же размокла, как после сильного дождя. Берестов машинально потер рукой лоб, пытаясь сосредоточиться. Что произошло? Сначала был чудовищный взрыв. Или даже два взрыва подряд. Потом все стихло... Почему же так плывет в глазах? Контузия? Но после взрыва ничего такого не было. Что же случилось потом?.. Кажется, яркая вспышка света... Хотя нет, вначале потерял сознание Василий, а потом... Все-таки вспышка была... Или нет?.. Так и не вспомнив в точности, Берестов огляделся по сторонам. Сознание выхватывало окружающую реальность кусками - словно разрозненные фрагменты мозаики.