— Беру!
Она мне протянула и белую рубашку, запакованную в целлофан. Её я тоже, как и брюки, мерить не стал.
— С тебя 160 рублей, — сообщила директор и пояснила. — 35 форма, 5 рубашка, 120 куртка.
Я послушно отсчитал требуемую сумму.
— Спасибо!
Зинаида Михайловна улыбнулась.
— Без проблем. Была рада помочь.
Только я тронул ручку двери, как она мне в спину сказала:
— Антон! У меня котик болеет. Ты бы…
Она не договорила. Я развернулся, улыбнулся:
— Котик?
— Нет? — её лицо разом посмурнело. — Я понимаю, конечно, не человек. Животное всё-таки. Но, может быть…
Я пожал плечами и вспомнил кошку в деревне — мой первый опыт лечения.
— Можно попробовать, — усмехнулся я. — Но только исключительно для вас!
— Поехали! Прямо сейчас!
Она стала лихорадочно собираться.
— Я сейчас водителя вызову!
Я про себя обрадовался — пешком идти не надо, домой потом отвезет.
Конечно, со стороны кто-то мог и посмеяться, дескать, до кошечек скатился единственный маг на Земле. Но! Мне было важно сохранить добрые отношения с Зинаидой Михайловной, очень даже неплохим человеком, не стяжательницей какой-то. А, во-вторых, мне было интересно. Не всё ж время над людьми «измываться».
Глава 29
Глава 29.
И снова шпионские страсти
Помощник начальника УКГБ СССР по Переяславской области майор Денис Владимирович Устинов стоял перед начальником Управления навытяжку и боялся пошевелиться. Рядом с ним так же по стойке «смирно» стоял подполковник Николай Федорович Воробьев, начальник 7-го отдела.
Генерал-майор Киструсс сидел за столом и, не поднимая глаз от бумаг, лежащих на столе, продолжал «воспитательный процесс» подчиненных.
— Мне непонятно, товарищ подполковник, почему ваши сотрудники не смогли предотвратить покушение на охраняемый объект, — монотонно говорил он. — Насколько я знаю, негласным наблюдением и охраной занимаются аж целых три капитана и майор. Так?
— Так точно, товарищ генерал, — подтвердил Воробьев. — Капитан Некрасов, капитан Воловых, капитан Пехлаков и майор Ромашко.
— Все ваши сотрудники отслужили, как я понимаю, по десять лет и более…
— Так точно!
— Так почему же эти четыре опытных оперативника не какой-нибудь милиции, а целого Комитета государственной безопасности, спецслужбы, которую весь мир боится, — продолжал Киструсс. — Не смогли своевременно отследить какого-то сраного уголовника? Машина, которая использовалась для покушения, в угоне числится аж 3 дня. И стоит в центре города. А ваши сотрудники даже ухом не повели.
— У наших сотрудников нет информации по угнанному автотранспорту, — попытался оправдаться Воробьев. — До нашей службы розыскные листы не доводят.
— Очень плохо, что не доводят! — мрачно сказал Киструсс. — Представляете, сколько бы преступлений было бы попутно раскрыто во время проведения поисковых мероприятий?
Воробьев и Устинов молчали, не смея возразить.
— Вы понимаете, что объект не погиб из-за чистой случайности? — Киструсс встал. — Может, ваши сотрудники квалификацию потеряли? Может, их подучиться надо отправить? Куда-нибудь в Диксон или Анадырь. Пусть там годика три поработают, поднатаскаются на белых медведях.
Киструсс не шутил. Воробьев и Устинов это понимали. Разнос вполне мог закончиться трехгодичной командировкой куда-нибудь «туда», в районы Крайнего Севера. Особенно, если бы этот прокол дошел бы до Москвы, до Главка.
— Садитесь!
То ли запал у генерала закончился, то ли он посчитал, что длины вставленного «фитиля» достаточно, но разнос прекратился. Воробьев и Устинов поспешно сели за приставной стол.
— Итак, — Киструсс тоже сел. — Что мы имеем? На объект совершено покушение. Исполнитель убит.
— Умер от инсульта, — поправил Воробьев. — Есть заключение судебно-медицинской экспертизы.
— Угу, — то ли согласился, то ли нет начальник Управления. — Исполнитель из уголовной среды, некто Геннадий Судаков по кличке Судак, три судимости, две за угон, одна за кражу. Заказчик известен?
— Капитан Пехлаков доложил, что объект общался с Судаковым перед тем, как тот умер, — сообщил Воробьев. — Но о чём они говорили, он не услышал. Объект его обездвижил.
— Понятно! — Киструсс качнул головой. — Какие мероприятия проводятся по наезду со стороны милиции?
Слово для доклада взял Устинов.
— Милицией возбуждено уголовное дело по факту угона автотранспорта, — сказал он. — По наезду на неизвестного проводится доследственная проверка.