— Ну, что тебе, Степаныч? — Лысков устало взглянул на участкового. Они с давних пор были в приятельских отношениях.
— Вот что я тебе скажу, Дим Димыч, — ухмыльнулся участковый. — Есть бог на небе! Получила шпана по заслугам! И папы с мамами их не спасли! Сколько они кавна людям сделали! Салюков, которого Грач по пьяни на машине сшиб, так инвалидом и остался. Клавка Зорина, которую они ссильничали все вместе, повесилась, её мать с ума сошла. А им как с гуся вода. Булкин всех прикрывал. Есть бог на небе! Он им амнистию не подпишет.
— И не говори, Степаныч, — засмеялся Лысков. — Батон-старший сидит, икру мечет. А младшенький в психушку поедет!
— Это точно!
Глава 3
Глава 3
Школьные будни
После ночных приключений я даже полтора часа поспал. Maman разбудила меня:
— Когда вернулся? Как себя чувствуешь? В школу пойдешь? Что с Альбиной?
Я открыл глаза, сфокусировал взгляд:
— Всё нормально, мэм. Вернулись в пять. Алька спать легла, сказала на работу не пойдёт. Всё у неё хорошо.
Я сел, спустив ноги на пол, широко зевнул, потянулся. Maman стояла рядом, видимо ожидая подробностей.
— Это её бывший жених был, — сообщил я тогда. — Ребятишки берега попутали. Мэм! Всё хорошо! — повысил я голос, успокаивая maman. — Мы всех победили. Жертв и разрушений нет. С нашей стороны потерь не было.
Кажется, я немного переборщил. Maman фыркнула, нахмурилась, бросила:
— Балабол!
И вышла. Я кое-как встал, сходил в ванную, умылся. Поплелся на кухню. Maman как раз наливала себе кофе. Я подошел к ней со спины, обнял, чмокнул в шею пониже уха:
— Ма, извини… Ну, прости нас, Леопольд! Устал как собака. Сама понимаешь, всего полтора часа спал.
Maman развернулась, выдала мне символический подзатыльник:
— Не ходи на занятия! Я разрешаю.
— Ерунда, мэм! — отмахнулся я. — Переживу как-нибудь.
Как только maman ушла на работу, я сразу вошел в Астрал, несколько раз прогнал по каналам «живую силу». Сделал пару записей в «дневник наблюдений» о событиях прошедшей ночи и вышел в реал — отдохнувший и посвежевший.
Даже на автобус успел. На «Космонавтов» ко мне привычно подсела Ленка (я, конечно же, ей место занял заранее, нагло положив на сиденье свой дипломат), весело поздоровалась, поинтересовалась, как мне спалось.
Я с подозрением посмотрел на неё.
— Ты что? — удивилась она.
— Да так, — я отвёл взгляд. — Ничего… Не выспался просто.
И пошутил, сглаживая ситуацию:
— Ты мне всю ночь снилась в весьма фривольных нарядах.
— Тьфу, дурачок! — Ленка весело пихнула меня локотком в бок. Мир был восстановлен. А я подумал, что нельзя быть таким параноиком.
Мы с Ленкой ехали, болтали ни о чём. Время пролетело незаметно.
— Ты, как всегда, к Сове? — мило улыбнулась Жазиль, едва касаясь своей рукой моей руки. Её руки были в мягких пушистых варежках, а я не успел надеть перчатки. Не скрою, её прикосновение вдруг оказалось мне приятным. Я даже поймал себя на мысли, что общение с ней мне доставляет удовольствие. Интересно…
— Ага, — согласился я. — Не бросать же его!
Поход до школы прошел без особых приключений. Сначала я «подобрал» Мишку, потом мы «подобрали» Андрея.
Андрюха направился на урок, мы с Мишкой в кабинет директора для проведения ежедневной радиопередачи.
— Что-то, кажется, выходной усилитель хреновато работает, — задумчиво сказал Мишаня после того, как радиопередача закончилась, а диктор Валера Лыгин из 8-го «А» класса ушел на урок. — Надо проверить. Бери микрофон.
Я взял микрофон. Мишка отключил динамики во всех помещениях школы, оставив лишь контрольный, размещенный на панели усилителя.
— Говори, — приказал он.
— Что говорить? — не понял я.
— Считай вслух в микрофон!
Я стал считать:
— Раз, два, три. Три, два, раз. Раз, раз, раз…
Мишка сделал звук потише, прислонился ухом к динамику, стал щелкать тумблерами и крутить ручки настройки.
— Говори, говори! — повторил он и с досадой заметил. — Наверное, разбирать придётся. Кажется, резистор погорел или кондёр (конденсатор — прим. авт.) накрылся.
Разумеется, устранять поломку директор бесспорно поручил Мишке.
— Тут главное, полюса у кондёра не перепутать, — ухмыльнулся я, намекая на случай годичной давности, когда я дал Андрэ схему одного из видов цветомузыки «мерцающего света». Даже дал детали — диоды, электролитический конденсатор. Андрей ухитрился перепутать полярность у конденсатора при сборе схемы. В результате, когда он включил схему в розетку, конденсатор взорвался, разбрызгав электролит по комнате. Андрюха долго на меня обижался. Влетело ему тогда от родаков сильно.