– Ишь, принцесса! – мрачно бросила Лирон, исподлобья глядя вслед удалявшейся паре.
Но на ступеньке, отделявшей бильярдную от бара, юноша пошатнулся и инстинктивно схватил за талию свою спутницу. Та машинально поддержала его и прижалась к нему.
– Эй, Авигдор, что ты себе позволяешь?! – крикнул похолодевший от ужаса Хен.
– Отвяжись! – рявкнул тот, не озираясь.
– Он пьян, не обращай внимания, – прошептал Хен Шломи Шахару, и вцепился в его плечо.
Но Шахар Села потерял самообладание. Он выругался, оттолкнул Хена, и, ринувшись вслед за ушедшими, громко крикнул с порога бильярдной, заставив всех игравших прервать на мгновение свои партии:
– Галь! Подойди ко мне!
Девушка, уже принимавшая поднос с шарами, тотчас замерла на месте. Возглас возлюбленного подействовал на нее отрезвляюще. Бросив сконфуженного одноклассника, с замиранием сердца, она приблизилась к разъяренному другу. Тот потащил ее в коридор, где распологались туалеты, и, прижав спиной к стене, с силой схватил за запястье.
– Зачем ты сюда явилась? – яростно зашипел он. – Насолить мне? Позлить меня? Вызвать мою ревность, да? Смешно! Ты сейчас выглядишь жалкой, ободранной и бесхвостой кошкой!
– Пусти, мне больно! – застонала девушка, умирая от страха перед этим ужасным монстром, в котором не было ничего от ее ласкового, нежного молодого человека.
– Не пущу, пока не объяснишь, к чему были твой приход сюда и все твои выходки!
В глазах несчастной засверкали слезы от боли и от обиды. Это был какой-то страшный сон!
– В чем твоя проблема, Шахар? – сквозь плачь оправдывалась она. – Я вовсе не преследовала тебя, я даже не знала, что ты здесь находишься! Я позвала Лирон и Офиру приятно провести вечер втроем в этом месте, поскольку здесь мне больше всего нравится. Чем тебя расстроило это совпадение? Разве ты нарочно скрылся от меня, как вор, похитивший мое доверие? Или, может, ты думал, что я отныне буду только сидеть дома в ожидании твоих звонков? Дурак! Эгоист! А насчет моих выходок, вот что я тебе скажу: да, я хотела тебя разозлить, для того, чтоб ты понял, насколько мне нужно внимание, твое внимание! – визгливо подчеркнула она. – И, если у тебя сейчас дурное настроение, или тебе в принципе не до меня, то, хотя бы, не будь таким собственником! Я хочу гулять и общаться с ребятами. Те, с кем я общалась при тебе – такие же мои друзья, как и Офиры, и Лирон, и я буду общаться с ними и дальше, даже если ты против!
Шахар, пораженный в самое сердце, выпустил кисть подруги и в бессилии сел на корточки. Черт побери, Галь вновь выплеснула ему в глаза всю правду! Его равнодушие в отношении к ней в последнее время в который раз бросилось парню в глаза. Они же оба катятся вниз по наклонной!
Галь стояла рядом, оперевшись спиной о стену, и, жалобно потягивая носом, массировала руку.
– Прости меня, – раскаянно произнес юноша. – Прости, моя милая, мне очень жаль.
Он встал, очень бережно взял руку девушки, и прижался губами к ее запястью.
Эта вымученная ласка растопила сердце бедняжки. Она обняла голову своего любимого и разрыдалась, чувствуя, как вместе со слезами вытекали ее душевные силы, оставляя место одной только боли. Парень, столь же потерянный и потрясенный, как она, гладил ее всклокоченную шевелюру.
– Пойдем отсюда, – умоляюще всхлипнула Галь.
– Сейчас? – спросил он.
– Да, прямо сейчас. Нам надо о многом поговорить.
Поговорить… Юноша настолько боялся говорить с подругой об их отношениях, не имея ничего определенного ей сказать, что робкая просьба Галь прозвучала для него как открытая угроза. Он уклонился, сославшись на ожидавшую их компанию и на их черезвычайную взвинченность, сведя все к обещанию поговорить в другой раз.
– Другого раза может и не быть, – сказала Галь, ощущая, что Шахару, действительно, не до того.
Тот лишь молча издал тяжкий вздох, не рискуя что-либо ей ответить.
Они скрылись в туалетах и порознь вернулись к заметно притихшей компании. По выражению их лиц всем все стало ясно, но никто ни о чем не решался спросить, особенно забившийся в угол разочарованный, сгорающий от стыда Авигдор, и черный от нервов и от сигаретного дыма Хен. Сабантуй еще недолго продолжался, но был безнадежно испорчен, так как Галь и Шахар сидели как сычи, повергая всех в смятение.
Глава 11. Разоблачение лиат
Скандальная вечеринка, как ни странно, пошла Шахару на пользу. Он освободился от злобы и агрессии, и снова стал испытывать тоску по тому упоительному состоянию, которое сам же разрушал. Парень немедленно принялся активно ухаживать за Галь, словно завоевывая ее вновь.