Предположив, что столь радужная перспектива лишила Николана дара речи, Гонория широко улыбнулась.
— Как ты скромен. Римом правили многие чужестранцы. Никто из них, даже великий Стиллико, не обладали такими способностями, как ты. О честности я и не говорю.
Дверь отворилась, в комнату всунулась вторая служанка.
— Моя госпожа, клепсидра остановилась, — речь шла о водяных часах, что имелись к каждом дворце. Я не знаю, сколько сейчас времени. Думаю, прошёл уже час.
Гонория встала. Шагнула вплотную к Николану. Встретилась с ним взглядом.
— Ты запомнил, что я сказала? В тот день, когда опустился передо мной на колени?
— Да, — кивнул Николан. — Ты сказала: «Какая жалость, что ты раб. И не мой раб».
Принцесса просияла, беззвучно хлопнула в ладоши.
— Ты запомнил. Каждое слово. Меня это радует. Я счастлива. Так вот, мой Николан, ты больше не раб. Теперь ты господин. И, возможно, станешь господином всего мира. Но ты уже хозяин своего сердца.
Вновь от изумления Николан не нашёлся с ответом.
— Да, ты женишься на мне. Таков мой план. Не смотри на меня так, словно я предлагаю невозможное. Действительно, во мне течёт императорская кровь, а потому я с самого рождения вознесена выше людей. Но разве моя мать не вышла замуж за гота Адольфия? И разве Пулькерия в Константинополе не делит трон с Марцианом, который был простым солдатом? Такое возможно вновь, а иначе и быть не должно.
— Я сражён наповал, моя госпожа, — пробормотал Николан.
Гонория искоса глянула на обеих служанок, чтобы убедиться, что обе стоят к ним спиной. Затем обхватила руками шею Николана и прижалась щекой к его щеке.
— Я надеялась, что нам удастся прильнуть друг к другу. Я влюбилась в тебя в тот самый миг, когда увидела в первый раз. Ни раньше, ни позже такого со мной не случалось. Ах, как горячо я буду тебя любить! Но, ты понимаешь, мы не можем допустить даже намёка на скандал. Обо мне больше не должны сплетничать. Ставки, мой прекрасный и храбрый варвар, слишком высоки.
Её руки ещё сильнее сжали его шею, потом упали.
— Я должна идти. Если эта мерзкая старуха не найдёт меня в постели, она начнёт совать нос во все щели и задавать вопросы. Через несколько часов, — её глаза сверкнули, что звёзды, видневшиеся сквозь серповидное окошко, — я буду свободна. И с тобой. Я думаю, моя жизнь только начинается.
Николан проснулся от громкого звона, наполнявшего дворец. Поначалу он подумал, что домоправительница узнала о готовящемся побеге. И испугался, что попал в западню. Крепкую дверь не высадил бы даже Голиаф, а через окно могла пролезть разве что кошка.
Он вскочил с кушетки, сунул ноги в сандалии, затянул пояс с мечом на талии. Прислушался. До него донеслись возбуждённые голоса и торопливые шаги. По чернильной темноте в комнате и за окном он понял, что до рассвета ещё далеко.
«Остаётся уповать лишь на то, — подумал он, — что корабль скоро придёт и мои люди одолеют охранников».
Когда Николана привели в комнату, он заметил, где стоит кувшин с водой. Взял его, сполостнул лицо. Остатки сна сняло как рукой.
Кто-то быстро шёл по коридору, остановился у его двери. Повернулся ключ, в дверном проёме возник Криплиан.
— Дворец горит. Принцессу уже вывели. Все тушат пожар.
Коридор заполнял дым. Николан ничего не видел уже в нескольких метрах от себя.
— Как начался пожар?
— Домоправительница зашла в спальню принцессы в неурочное время и увидела, что служанка пакует вещи. Она поспешила к себе, чтобы дёрнуть за шнур, и сбила канделябр. Загорелась портьера, и пошло-поехало.
— Где принцесса?
Они вышли через дверь чёрного хода и Николан с облегчением заметил, что на востоке небо просветлело.
— Она со своими служанками. Остальные борются с огнём.
— Отведи их в бухту. Надеяться мы можем лишь на то, что нас заберёт корабль. Есть там лодки?
— Две маленькие.
— Я буду прикрывать ваш отход. У одной лодки проруби дно, во вторую посади принцессу и служанок. Я хорошо плаваю, так что догоню вас. Если смогу задержать охранников, пока вы не отчалите.
Стоя в тени деревьев, Николан видел, что огонь не хочет сдаваться. Клубы дыма валили из окон и дверей. Кто-то выкрикивал указания, другие истошно вопили. Из дворца выносили вещи и сваливали на траву. Настроение Николана улучшилось. В суете исчезновения принцессы могли и не заметить.
Какое-то время спустя к нему подбежала запыхавшаяся служанка и знаком предложила следовать за ней. По тропе они быстро добрались до бухты. Криплиан уже в нескольких местах прорубил дно одной лодки, принцесса и вторая служанка сидели в другой.