- Играли в дартс.
- Зачем?
- Понятия не имею. По всей очевидности, это имеет отношение к выходу агрессии. Я рад, что Брайан не заставляет меня бить стекла и делать что-нибудь более разрушительное.
- Почему?
- Потому что я бы не стал этого делать, - Хью подошел к нему вплотную, протянул руку и коснулся его груди, - я ненавижу себя, когда проявляю агрессию.
- Так странно… - пробормотал Мадс, не вполне понимая, как одно связано с другим, и зачем требовать от Хью выплеска агрессии, если это причиняет ему боль, но психотерапия в принципе была малоочевидным предметом. Поэтому вместо разговоров Мадс просто накрыл его пальцы своими и потянул за руку, вынуждая сесть к себе на колени.
- Вы говорили обо мне?
- Нет. Мы не так много говорим о конкретно мне или моей жизни. Мы просто разговариваем… чаще всего о книгах.
- Думаю, это то, что тебе нравится.
- Да. Иногда я хочу написать о том, что чувствую, дать Брайану почитать это, но он сказал, что я не должен заставлять себя.
Хью не договорил, зажмурил глаза и чуть приоткрыл рот, приник к его губам и медленно, осторожно поцеловал, дыхание его сбилось и стало неровным и рваным. Он слишком старался, чтобы не показаться неловким, потому был им, но эта неловкость ничуть не мешала, они были наедине, и никто со стороны не должен был оценивать, достаточно ли хорошо Хью справляется.
- Послушай, - сглотнул вдруг Хью, ерзая у Мадса на коленях, обвил рукой его плечи, - когда ты говорил, что хочешь объявить меня недееспособным…
- Прости, в тот момент я был слишком зол на тебя. Это последнее, что я бы стал делать.
- Но все же… - Хью глубоко вздохнул, - что, если Брайан признает, что ты был прав? Что, если он точно определит, что я не слишком нормален? Что, если тебе придется оформлять опекунство?
- Не придется.
- Ты определишь меня в лечебницу, отправишь к родителям или станешь заботиться сам?
- К чему ты клонишь? – Мадс нахмурился, не вполне довольный возвращением к тяжелой теме. - Если ты хочешь знать, я не хочу с тобой расставаться. Я уже говорил это.
- Почему?
- Потому что ты мой.
- В переводе с твоего языка… - Хью чуть прикусил губу, но продолжил, - это обозначает, что ты меня любишь… или что ты просто внимательно относишься ко всему, что считаешь своим?
- Первое, - выбрал Мадс, хотя еще ни разу всерьез не задумывался над этим вопросом. Он никогда не говорил никому эти слова, кроме родственников, но речь шла совершенно об ином. Он не любил романтический треп, предпочитая сводить все отношения к сексу, но с Хью речь, несомненно, шла о чем-то большем. Мадс не был уверен, говорит ли он правду. Но сказать об этом вслух он почему-то не мог. Не хотел ощутить прохладный порыв ветра вместо ласковых прикосновений, или же не хотел увидеть разочарование на лице Хью. Быть может, и то, и другое.
Тот ничего не сказал в ответ, опустив взгляд, будто тоже боялся увидеть подтверждение тому, что слова есть всего лишь слова. Не стал больше спрашивать и допытываться, будто и этот вопрос стоил немало.
- Знаешь, - сглотнул вдруг Хью, прижавшись к нему вплотную, - вчера днем, когда я был один, я думал о том, что тебе выдадут опекунство, и я потеряю гражданские права.
- И что же?
- Я представил себе, как ты запираешь меня в комнате, пристегивая наручниками к кровати. Что я никуда не могу уйти, даже закрыться в ванной, и мне приходится выполнять твои требования, стараться быть хорошим омегой для тебя.
- Ты так это описываешь…
- Я подумал, как ужасно и невыносимо это будет. И я… испытал оргазм, хотя ты запретил мне это делать. Мне было очень плохо… и очень хорошо одновременно. Как ты думаешь? – Хью вдруг поднял на него прозрачный, светлый взгляд, - это нормально?
========== Часть 18 ==========
Свежий, соленый бриз с залива трепал волосы, забирался под одежду, но не был холодным. Мадс внимательно поглядел на Хью, облизал губы и медленно сказал:
- Я считаю, что это нормально. Для нас с тобой.
- Ты бы хотел… - голос Хью задрожал от плохо сдерживаемого напряжения, - запереть меня дома в следующую течку?
Мадс не сразу ответил, расстегивая молнию на его джинсах, заставил приподняться и раздеться.
- Я бы поставил вокруг тебя несколько заборов, - усмехнулся он, наконец, - это желание почти такое же сильное, как трахнуть тебя сейчас.
- Нас могут увидеть, - Хью попытался схватить его за руки, но Мадс легонько шлепнул по ним.
- В том-то и суть. Я хочу, чтобы весь мир завидовал мне и знал о том, какая прелесть есть у меня.
- Разве так можно сказать обо мне? - Хью не давался, продолжая ускользать.
- В определенном смысле, - ухмыльнулся Мадс, стиснул крепко кисти его рук, не позволяя отстраниться, вынуждая Хью чувствовать ветер, касающийся его обнаженной кожи. Его губы и кончик носа покраснели от прилившей крови и возбуждения.
- Иди сюда, - Мадс расстегнул джинсы, быстро и не слишком довольно натянул презерватив, сглотнул слюну, - я тебя уже заждался.
- Нас точно увидят, какие ужасные у тебя фантазии… - забормотал Хью, но послушно уселся к нему на колени, склонился и поцеловал Мадса в лоб.
- Скажи еще, что ты против.
- Н-нет… - тихо застонал Хью, выпрямившись, не опускался на его крепко стоящий член, а лишь касался, дразнил его, вздыхая и всхлипывая часто, пока Мадс, наконец, не схватил его и не ввел головку.
- Ты не приласкал меня…
- Не место и не время для ласки, - ухмыльнулся Мадс, - быстрота и натиск!
Хью протестующе застонал, когда его крепко схватили за бедра и принудили сесть на член, он впился ногтями в шею Мадса, но быстро ослабил хватку, почувствовав удовольствие. Принялся двигаться сам, то с трудом опускаясь до середины, то податливо и скользко стискивал в себе головку, сам задавая темп и наслаждаясь расходящимся по телу удовольствием.
- Главное, - сглотнул Мадс, ничего не делая сам и только любуясь им, - не опускайся слишком низко, чтобы не сцепиться…
Хью застонал и тут же сделал это, с всхлипом принял в себя набухающий узел и горячо зашептал Мадсу в ухо, что иначе лишится половины удовольствия.
- Нас съедят муравьи, - хрипло зарычал Мадс, сам уже не позволяя сдернуться с члена, - пока мы тут будем куковать.
- Зато ты будешь только мой все это время. Пусть едят.
***
Мадс сильно сомневался, что их отсутствие осталось незамеченным, но он чувствовал себя слишком сытым и удовлетворенным, чтобы думать об этом. Ему было слишком хорошо… до той самой минуты, пока не зазвонил телефон. Хью проследил, как Мадс, чуть улыбнувшись, отходит в сторону, начинает говорить, и доброжелательное выражение его лица сменяется раздраженным. Быстро закончив разговор, Мадс нажал на кнопку отбоя и вернулся к Хью, обхватил его за плечи и тихо подышал ему в ухо, пытаясь вернуть себе хорошее настроение.
- У тебя все в порядке? - спросил Хью, немного поколебавшись.
- Да.
- Родные звонили?
- Нет, это Эв по работе. Не бери в голову, мой хороший.
Хью вновь замолчал, пожевал губу, а потом все же спросил:
- Тебе не кажется странным, что Эв звонит тебе в субботу днем “по работе”?
Мадс посмотрел на него, улыбнулся и поднял бровь, почесал Хью за ухом и терпеливо объяснил:
- Эв сказал мне, что серьезно приболел и не явится в понедельник на работу, попросил оформить ему отпуск за свой счет. Невовремя, конечно, но что поделать?
- Возможно, он просто подыскивает другую работу… - медленно проговорил Хью, прикоснулся губами к бокалу с вином, пряча взгляд.
- Почему ты так считаешь?
- Если он действительно болен, то предпочел бы обратиться к врачу, нежели стал бы брать отпуск за свой счет. Впрочем, - Хью облизнулся, отпив вина, - я его понимаю.