Несмотря на то, что сдержался, не пришиб Хью, а довез до дома и даже весьма корректно высказался на его счет, на душе просто кошки скребли. Было жаль упущенной возможности выступить на телевидении и насладиться минутой славы, в какой-то степени жаль начальство, которое ему доверило ответственное задание… а сильнее всего было жаль самого себя, потому что все на ровном месте пошло не так. Удача то и дело ускользала из рук, несмотря на то, что порой Мадсу казалось, что он вытянул свой счастливый билет.
Но нет, Хью был не из счастливых талисманов. Хью был странным, Хью был интересным, Хью был желанным и невыносимо раздражающим, каким угодно был, но отнюдь не спокойным и безыскусным домашним омегой.
Мадс понадеялся что, несмотря на ссору, Хью не станет впадать в панику и зайдет домой, не будет торчать под дождем, дожидаясь его. Но возвращаться и проверять не стал.
***
Сумерки быстро сменились влажной, раскрашенной неоновыми огнями ночью, а на душе по-прежнему было неспокойно. Мадс чувствовал себя на взводе, догадывался, что поступает как-то не так, но не придумал ничего лучше, чем припарковать машину у ночного клуба и зайти внутрь.
Громкая музыка сразу оглушила его, а взгляды охраны показались слишком внимательными. Возможно, кто-то узнал его и теперь с интересом наблюдал за незадачливым альфой. Возможно, вся толпа исподтишка наблюдала и посмеивалась над ним.
Отогнав глупые мысли, Мадс заказал себе пиво, но пить не стал – настроения не было. Шумная, многоцветная и пестро пахнущая веселая толпа оказывала на него гнетущее впечатление, хотелось тишины, но домой он вернуться не мог. Дома был Хью, с которым непременно пришлось бы взаимодействовать, Хью, который как всегда поступил по своей привычке: выслушай своего альфу и сделай все наперекор.
Тихий, домашний мальчик из приличной семьи. Мягкий и уступчивый, казалось бы. Этот мягкий и уступчивый мальчик с легкостью управлял своими родителями, вертел ими как заблагорассудится. Мадс вдруг задумался – согласился бы Хью на свадьбу, если был бы против до глубины души? Или же позволил уговорить себя, потому что мистер размера teen size перестал удовлетворять?
Разумеется, настоящий альфа был лучше, чем просто фаллоимитатор. С настоящим альфой можно не только сладко кончать, а еще, например, нести всякую чушь на телевидении без оглядки на здравый смысл.
- Скучаешь? – раздался тихий, хрипловатый голос, ласковая ладонь коснулась плеча, Мадс обернулся и узнал одного из тех парней, с кем не раз встречался в этом самом клубе. Скользнув взглядом по его лицу, он молча улыбнулся и стиснул холодный бокал с пивом, собирая капли ладонью.
- А я скучал, - сообщил парень, пристроившись рядом, почти вплотную, - давно не встречал настоящих мужчин… таких, как ты.
Пиво показалось горьким, чужие губы – слишком влажными, а запах остался на коже, как след от маслянистого пятна.
***
Оставив на барной стойке почти нетронутое пиво, Мадс вышел на улицу и закурил. После дождя на улице пахло свежестью, по-весеннему нежной, хотя впереди маячила зима. Сигарета кончилась быстро, в несколько затяжек. Вместо того чтоб вернуться в клуб за знакомым омегой и поехать к нему домой для продолжения вечера, Мадс сам незаметно для себя подошел к своему автомобилю, кликнул сигнализацией и сел за руль.
Сложно было найти подходящее решение, которое удовлетворило бы и его гордость, и чувство собственного достоинства, и невнятную тоску. Практически невозможно. Мадс завел мотор и поехал к своим родителям, понадеявшись на то, что они еще не спят, и можно будет найти поддержку и понимание.
По крайней мере, попытаться это сделать.
***
Несмотря на поздний час, на первом этаже горел свет, и Мадс улыбнулся, выходя из машины. Очень кстати, что родители еще не спали. Он подошел ближе к дому и заглянул в гостиную сквозь полупрозрачные занавески. На диване сидели двое и рассматривали альбомы с фотографиями – кажется, мама и кто-то еще, худощавый и темноволосый. Не отец, не Ларс… да и зачем бы им разглядывать старые фото?
В груди на мгновение колко сжалось сердце. Хью, оставленный им у обочины, одинокий и неприкаянный, приехал сюда. Не остался в темном и гулком доме, не сидел на полу, обхватив колени и нервно покусывая губы. Все мысли о Хью, которые он запрещал себе думать, разом взметнулись, как ворох рыжей листвы, и как же хорошо было, что он сидит в тепле и светле, рядом с его мамой, которая не позволит ему сходить с ума от грусти и раскаяния.
Мадс взбежал по ступенькам, толкнул дверь, предвкушая, что скажет, в какой-то момент чувство раздражения на своевольного Хью вновь взяло верх, желание проучить и заставить его страдать вновь набрало силу, но радость от того, что он вот-вот окажется в одном помещении рядом со своим капризным супругом, но главное, что своим, эта радость была вкуснее всего остального. Дверь открылась почти бесшумно, он ввалился внутрь, сразу направился к дивану… и тут же замер там, где стоял. Мама и девушка Ларса посмотрели на него с удивлением.
- Мадс? – воскликнула девушка.
- Мне кажется, я учила тебя стучаться, - хмыкнула Бенте, - но мы рады тебя видеть.
- Привет, - пробормотал Мадс, разглядывая их обеих. Значит, это девушку Ларса мама поила горячим чаем и развлекала историями об их семье. Значит, Хью был там, где он его оставил.
- Расскажи, как все прошло! Ты теперь звезда эфира, - улыбнулась девушка, с интересом разглядывая его, - твой Хью такой милый, мы все вместе смотрели ваше выступление.
- Он с тобой? – спросила Бенте, поднявшись на ноги, - я заварю вам чай.
Она направилась на кухню, но Мадс остановил ее.
- Я один, - сказал он, поглядев в сторону. Бенте замерла, попытавшись уловить его взгляд, но почти сразу же понимающе вздохнула:
- Понятно. А я-то думала, как же ты согласился с его заявлениями. Ты не согласился.
Мадс невесело усмехнулся, воцарилось молчание, и только девушка Ларса непонимающе поглядела на него:
- Что-то случилось? Неужели вы поссорились после съемок?
- Да, - отрезал Мадс, взмахнул ладонью, - приятного вечера. Я буду у себя.
Не дожидаясь ответа, он прошел к лестнице, быстро поднялся в свою комнату и улегся на кровать, не раздеваясь. Уставился в стену и закурил, хотя курить в доме было строго-настрого запрещено.
Через пару минут в дверь постучали. Не дождавшись ответа, Бенте вошла и, нахмурившись, окинула взглядом сизый дым, который уже почти рассосался.
- С тобой все в порядке? – спросила она, вынув пепельницу из кармана и бесцеремонно поставив ее Мадсу на солнечное сплетение.
- Как видишь.
- Ты сердишься?
- Я ему голову хотел свернуть, - выдохнул Мадс, - слушай, сейчас не время для бесед.
Бенте хотела что-то сказать, а потом молча села на край кровати, погладила сына по голове, убрав влажные пряди волос со лба.
- Уйди, а? Я хочу побыть один.
- Ты еще такой ребенок, - улыбнулась она, - а ведь на какой-то момент я даже поверила в то, что ты спланировал все это.
- По-твоему, этот позор был похож на пиар-акцию?
- Все, что показывают по телевизору, похоже на просчитанную пиар-акцию, - пожала плечами Бенте, - в любом случае, ты должен попытаться извлечь плюсы…
- Хватит, - невнятно пробормотал Мадс, запихнув в рот еще одну сигарету, - я приехал, чтобы ты меня поддержала, но что-то не складывается. Я не хочу думать о том, как я буду разруливать эту ситуацию. Если Эйнарсон меня уволит, у меня будет очень много времени на размышления.
- Никто тебя не уволит.
- Неважно. Я не хочу говорить об этом.
- А что ты хочешь?
- Ничего, - хмыкнул Мадс и щелкнул зажигалкой, прикурив, вновь подумал о Хью.
- В холодильнике есть пиво. Принести тебе пару банок?