Степь оказалась по форме похожей на неправильный банан, с рогами на север и окружена горными, по сути, непроходимыми массивами с востока, запада и юга. Километров по четыреста гор, и высотой эта красота неописуемая была около трех тысяч метров с отдельными пиками по восемь – десять километров. Типа Сагарматха. С севера шли дремучие чащобы, плавно переходящие, как и положено в лесотундру и тундру. С востока и запада, за горами находится океан, а вот на юге, между горами и океаном – джунгли или что-то там лесное. Прокрутив карту по диагонали, я бросил свой незамутнённый взгляд на другие континенты. Повертев минут двадцать туда-сюда сильно разочаровался. Лупанариев нигде нет. Ну и хрен с ними, было бы хуже, если бы на других континентах обнаружилась иная цивилизация, с танками и самолетами, дредноутами и реактивной артиллерией. Нашлось таки там несколько отметок серо-буро-малинового цвета, с невнятными надписями. Неважно. Они уже неинтересны. Утомимшись стоять в неудобной позе возле планшета, и, в сущности, удовлетворив своё любопытство, я решил пройтись по кладовкам. Ичил, наконец, подал голос:
— Скажи, Магеллан, что ты смотрел?
— Карту я смотрел. Рисунок земли, если на неё смотреть с высоты птичьего полёта.
— Ага, понимаю, — ответил Ичил, хотя ясно было, что он не понял ровным счетом ничего.
— Пошли искать терминал местного кладовщика, или как его… хранителя амбаров.
Должен же быть здесь какой-нибудь интендант или кладовщик? Прошли по кабинетам. Вскорости нашелся терминал для негров, тоись простой, с привычным интерфейсом. Поелозив курсором по экрану, методом псевдонаучной логики, удалось таки найти подробный план этого могучего сооружения. Мысленно-то я знал, что где-то должны быть нычки с оборудованием, а вот где точно – нет. Но наконец и это нашлось. Чиста Яндекс, только мозг чуть не поломал. Такой же поземный ярус, недалеко от энергостанции, вход только сразу со второго этажа. Вандалы до него не добрались, и это хорошо. Но в списках подлежащего разграблению хабара возиться совершенно невозможно. Та же самая байда, что и на ремзоне. Наименования изделий и цифробуквенные индексы могут много рассказать знающему гуманоиду, но только не мне. Пришлось идти в ту степь пешочком, разбираться на месте, что там нам оставили в наследство погибшие цивилизации.