- Быстрее, Уилл, - прошипел Хантер, - иначе здесь скоро будет труп. И это буду не я.
Это он обо мне что ли? Я нахмурилась и недовольно посмотрела на Уилла, сжимая зубы сильнее и дергая головой, отчего Хантер обхватил мою шею ладонью и сжал, тяжело втягивая воздух от боли.
Уилл медленно и осторожно протянул руку к моему лицу и коснулся теплыми пальцами скулы, проницательно заглядывая мне в глаза.
- Сейчас будет немного больно, Маша, потерпи, - ласково сказал он и нажал на какую-то точку за моей скулой, которая вспыхнула резкой болью – и я, наморщившись, разжала челюсти, чувствуя, как по губам течет кровь. Хантер в то же мгновение отпрял от меня и отпрыгнул на несколько метров назад. Я обессиленно оседала на пол, но меня быстро поймали сильные руки Уилла.
- Айна тебя по голове за такие обжимания не погладит, - раздалось саркастическое от Хантера. – Твои яйца и так находятся в ее ладошках, а теперь вообще могу превратиться в болтунью.
Уилл закатил глаза и посмотрел на меня, мотая головой: «Мол, я этого человека не знаю».
- Не тебе разглагольствовать об отношениях, брат. Ты о них только что в книгах читал, - спокойно ответил он и отнес меня на кровать, укладывая под одеяло.
- И ты еще с ней сюсюкаешься? Да она тебя…
Уилл резко повернулся и метнул гневным взглядом в своего брата.
- ..спасла? Они собирались вернуться и размазать мои мозги по снегу в стиле модернизма – ярко и эффектно. И эта, - Уилл ткнул пальцем в мою сторону, - бессовестная лиса…
- …предательница, - буркнул Хантер, вытирая бумажными полотенцами кровь, стекающую по шее под ворот куртки.
- …предательница, - повторил Уилл, - тащила меня несколько километров в логово, подставляя себя, оставила меня в доме на ночь, накормила и обработала раны, пока ты, - он перевел палец на Хантера, который прищурился, испепеляя, как и всегда, его недовольным взглядом. Это парень явно плохо переносил критику – да и, кажется, он вообще плохо переносил общение с другими двуногими, - зажимал в углу бара очередную волчицу, медведицу, тигрицу, лисицу. Впрочем, как и всегда, поэтому нам с парнями пришлось идти втроем без прикрытия.
Хантер стрельнул в меня взглядом, как будто переосмысливая сказанное братом и оценивая все за и против. С доверием у него тоже были проблемы. Боженька одарил его внешностью, а дьявол характером, потому что, видимо, в одном сосуде не может быть всё идеально сбалансировано. Его брат был симпатичным, но явно уступал эффектному Хантеру, зато с характером, уравновешенностью и здравомыслием у него было всё в порядке.
Голова слегка болела – как, впрочем, и тело. Утром наверняка будут синяки, но самые опасные были на шее, поэтому я пометила себе в голове, что нужно не забыть надеть водолазку, которую придется носить пару дней, пока гематомы не рассосутся. Я прикрыла глаза, чувствуя, как мозг отключается, проваливаясь в сон, но присутствие посторонних не дало мне возможности полностью погрузиться во тьму.
- Это ничего не значит, Уилл. Ты же знаешь, насколько лисы могут быть коварны. Не в первый раз мы с тобой ловили их на сотрудничестве с охотниками.
- Вообще-то, это было один раз. Поэтому не преувеличивай. И если тебя обманула одна, то это не значит, что нужно нападать на всех подряд, - парировал Уилл.
Послышалось недовольное частое и глубокое дыхание, а затем через какое-то время хлопнула входная дверь, означая, что Хантер принял поражение. Конечно, не так открыто, как мог бы, но принял.
- Маша, - позвал меня Уилл, присаживаясь на край кровати. Я открыла глаза и посмотрела на высокого и складного парня, вспоминая фурию, которая чуть не убила меня сегодня. И как они могли быть братьями? – Ты прости моего брата, он бывает неадекватен, когда дело касается безопасности нашей стаи и охотников. Я знаю, что ты не планировала убивать меня, а тем более продавать мою шкуру охотникам.
- Я не в том положении, чтобы заниматься все три месяца работы продажей оборотней и их отловом. Да и я бы просто никогда так не поступила с сородичами, - просипела я, глядя на парня, который в знак понимания кивнул мне. Его глаза были теплой приятной летней зеленью, а глаза Хантера напоминали кислотный яд, разъедающий всё, что с ними соприкасалось.