- Двое охотников сбежали? - послышался вопрос Уилла, который шел неподалеку и впервые за долгое время разрушил тишину.
- Да, когда мы разрывали на клочья лиса, они сделали ноги, - прорычал он, не отрывая от меня глаз.
Голова закружилась, и я сдавленно застонала, прикрывая глаза. Тошнотворное состояние никак не отпускало. Хотелось спать и одновременно открыть глаза.
- Что с ней? – взволнованно спросил Уилл, подходя еще ближе.
- Ей плохо. Это рыжая проститутка ее слишком потрепала.
- Теперь-то ты веришь, что Маша нам не враг?
- Да, - неохотно признал Хантер, прижимая меня еще ближе к себе.
И в этом «да» был скрыт такой спектр эмоций, что хотелось анализировать и смаковать каждую ноту настроения, но мозг отказывался работать, превращаясь в бесплотную пустоту.
18 Слияние
Я открыла глаза и оказалась в чей-то комнате. Темнота комфортно обволакивала глаза, позволяя мне спокойно пробудиться. Обоняние уловило мускусный запах самца. Хантер. Это был его запах, толстым слоем покрывавший каждый предмет в этом помещении. Я напрягла тело, прислушиваясь к себе и своим ощущениям, но единственное, что беспокоило меня – это тянущая боль в шее и легкая головная боль. В который раз я поблагодарила бога за быструю регенерацию оборотней – иначе сейчас я бы даже не открыла глаза.
Сколько дней прошло? Сутки? Два? Три? Сложно было понять, но я надеялась, что не больше суток, потому что иначе Гаррет будет меня искать, и если не найдет, то обратится в компанию, а дальше, я думаю, меня быстренько депортируют обратно в Россию.
Я приподнялась на локте, чтобы осмотреться, и наткнулась на голое мужское тело рядом с собой. Хантер спал на спине, закинув руку за голову, а другую положив на живот. Ноги слегка раскинуты в стороны, оголяя полутвердый толстый член и плотные яички, покрытые тонкой розовой кожей. Вверх от живота тянулись две косые мышцы и кубики пресса, которые приподнимались и напрягались под монотонное дыхание оборотня. Голова с волнистыми густыми волосами была повернута в мою сторону. Я сглотнула и посмотрела вокруг, решив слезть с кровати, чтобы сходить в туалет и попить воды. И так вышло, что огромное спальное место занимало половину комнаты, поэтому единственный вариант – это осторожно перелезть через ноги волка.
Я подлезла на четвереньках к ногам Хантера, занесла одну ногу и поставила ее между раздвинутыми бедрами оборотня. Посмотрела на безмятежное лицо мужчины и эту же ногу перекинула еще раз, оказавшись чуть ли ни верхом на Хантере. Испытание было не из легких, потому что моей растяжки явно не хватало, и колени предательски разъезжались, вызывая на моем лбу капельки пота.
Хантер зарычал, потревоженный моими ничтожными навыками скалолазания. Я замерла, во все глаза рассматривая умиротворенное лицо волка, на котором лишь оскал выдавал далекие от умиротворения эмоции. Через минуту губы Хантера соединились в расслабленную пухлую линию – и я оперлась на руку, чтобы перенести вес на ближнюю к краю ногу и перекинуть другую на пол, совершая практически акробатический кульбит.
Но тут мое сердце предупредительно ударило в груди – и я в мгновение ока оказалась прижатой внушительным мужским весом к кровати. Мои руки раскинулись по постели – как и ноги, а комнату наполнил раскатистый злобный рык Хантера, который оскалился и совершенно безумными черными глазами смотрел на меня, одной рукой опираясь на кровать, а другой удерживая меня за горло и неприятно надавливая на рану. Он совершенно точно не видел меня – и был совершенно безошибочно возбужден, потому что ярость и страсть у оборотней были пограничными состояниями.
- Хантер, - просипела я, открывая рот как рыба на берегу.
Глаза Хантера стали светлеть, радужная оболочка становилась уже более привычно зеленой. В его взгляде появилась осознанность – он узнал меня, поэтому сразу же перестал рычать и сверкать своими белыми зубами.
- Маша? – непонимающе посмотрел на меня он, а затем на свою руку, которой сжимал мне горло. Он разжал ее с таким видом, как будто она была чем-то неуправляемым. – Прости, - прошептал он, снова переводя взгляд на испуганную меня.
Прости? Он и правда извинился передо мной? Или же я слишком долго была в отключке, или же что-то сильно повлияло на Хантера.
Напряжение между нами медленно, но верно перерастало из страха и неловкости в возбуждение. Это произошло так же плавно, как и волна накрывает ничего не ожидающего человека на берегу. Просто страх перерос в приятное покалывание внизу живота. И в том месте, где соприкасалась наша кожа, нарастала температура, грела и играла нашими инстинктами. Лиса заинтересованно поглядывала на волка Хантера, потираясь головой о землю и кидая лукавые взгляды на зверя, который был в три раза больше ее. Она была не против спариться с ним, но для нее секс значил лишь удовлетворение сиюминутных желаний, а для меня это было некое признание в симпатии.