Я снова повернулась к окну и слегка отпрянула от неожиданности, потому что окно водителя поравнялось с моим, и я увидела лицо того самого мужчины-оборотня, который пристально смотрел на меня, длинными и красивыми пальцами обхватив руль. Я почувствовала себя неуютно, хотя нас разделяли две машины и загазованный норвежский воздух. Зеленые глаза даже на таком расстоянии сверлили меня, подавляли и препарировали. В романах часто описывают игру глазами между мужчиной и женщиной как нечто сексуальное, взрывоопасное и притягательное. Сейчас же я испытывала одно желание: спрятаться. Лиса во мне прижалась к полу и внимательно следила за самцом моими глазами. Она насторожилась, хотя он по-прежнему нравился ей. Впервые я была не согласна со своим зверем. Никогда не думала, что это когда-нибудь произойдет, но инстинкты и человек в этот раз разошлись во мнениях.
- Маща? – раздался как внезапный колокольный звон голос Анджелы, и я резко повернула голову к ней, запоздало поняв, что мой взгляд, наверное, походил больше на городскую сумасшедшую. – Извини, эта работа когда-нибудь сведет меня в могилу. Удивляюсь, как я вообще еще не на работе родила Берту.
Мы обе рассмеялись ее шутке, она – искренне, а я – стараясь угодить хозяйке. Краем глаза я отметила, как мимо нас пронесся синий внедорожник с превышающей все допустимые нормы скоростью.
- Ничего себе лихач! – присвистнула Анджела, когда нас чуть не снесло потоком воздуха. – Никогда не общайся с такими мужчинами, иначе я буду потом собирать тебя по частям, а не хотелось бы.
Я усмехнулась.
- Вы врач?
Анджела кивнула.
- Хирург, периодически дежурю в скорой помощи. И любителей быстрой езды встречается не меньше, чем их спутниц.
Через десять минут мы уже сидели за столом и обедали. Анджела в общих красках обрисовывала мне круг моих обязанностей, но, к счастью, ничего необычного или же неординарного, как и сказала Катерина, не предвиделось.
- Ты должна будешь следить за ребенком и его питанием – это твои основные обязанности. То есть нам готовить необязательно. Конечно, мы не будем против, но справимся и без твоей помощи. Уборкой, стиркой и глажкой занимается домработница Ула, она из Таиланда, хорошая девушка, думаю, вы с ней подружитесь. Правда, она живет не с нами.
- Вашу дочку зовут Берта?
Глаза Анджелы зажглись теплотой, и она нежно улыбнулась.
- Да, ей четыре года: говорливая, веселая, немного гиперактивная, но в меру. Мы с мужем много работаем, поэтому хотелось бы, чтобы с ней проводил время один и тот же человек, к которому она бы привыкла. Берта билингв, поэтому с ней можно разговаривать как на норвежском, так и на английском.
Я кивнула.
- У меня будет своя комната - или же я должна буду спать с Бертой?
- Нет, что ты. Мы тебе подготовили гостевой домик.
Я удивленно округлила глаза.
- У нас достаточно большая территория, и от старых хозяев у нас осталось несколько зданий: два близлежащих к дому мы превратили в гаражи, из одного домика сделали сарай, а жилой был настолько хорошеньким, что рука так и не поднялась снести его, поэтому мы превратили его в гостевой двухэтажный домик. Он крошечный, конечно, но я думаю, что это даже лучше, чем жить рядом с Бертой, поверь. Тем более... – Анджела посмотрела на экран смартфона и повернула его мне, - … мы, согласно договоренности, оплатили тебе языковые курсы три раза в неделю по вечерам, и тебе нужно будет собственное пространство, чтобы заниматься, а Берта тебе расслабиться не даст, - она добродушно рассмеялась.
- Ох, спасибо вам, - искренне поблагодарила я, радостно разглядывая сетку расписания с преподавателями и предметами.
Анджела махнула рукой.
- Прекрати, это входило в контракт. Ты на нас работаешь, а мы оплачиваем тебе курсы – всё честно. И да, твоя зарплата в месяц шестьсот евро, плюс премии за переработку. Еда есть у нас в холодильнике. Если хочешь чего-то особенного, то просто скажешь мужу – он занимается закупками.