Выбрать главу

Я посмотрела на Хантера, вкладывая в свой взгляд максимальное желание. Он поднял взгляд на меня и посмотрел, прежде чем безразлично плюнуть в толпу фразу и уйти к себе в спальню.

 - Я подумаю, дайте мне десять минут.

Как десять минут? Стивен лежал где-то в ловушке с кольями, а этому господиye нужно еще время на обдумывание? Я сорвалась вниз по лестнице и злая направилась прямиком к Хантеру, наплевав на все наши недомолвки и любопытные взгляды окружающих.

Я как вихрь ворвалась в спальню и яростно уставилась на Хантера, который сидел в кресле напротив входа, скрестив руки на груди и уставившись на меня в немом ожидании, как будто моя выходка была вполне себе предсказуемой вещью.

 - Ну, раз ты пришла, то начинай сыпать аргументами как золотая антилопа золотом. Твой любовник хоть и оборотень, но не бессмертен. Тик-ток, лапуля, - его голос был на грани срыва, полный яда и сдерживаемой агрессии. Он чувствовал свою власть надо мной в этот момент.

Любовник? Я хотела открыть рот и сказать, что мы только целовались, но кому я врала? Я хотела Стивена, просто, наверное, пока не пришел тот самый момент уединения. И я также понимала, что время не резиновое – дорога каждая минута.

 - Ты знаешь, как я хочу, чтобы ты спас Стивена, - дрожащим голосом начала я. Я ломалась и понимала, что в случае Хантера обратная зеркальная реакция и ругань не помогут. Он разозлится еще больше.

 - Ты задаешь неправильные вопросы, Маша, - цокнул языком Хантер. – Я не принц, а скорее злодей, поэтому чем быстрее ты поймешь, что мне от тебя нужно, тем быстрее начнется работа.

Я не была совсем уж глупой и наивной, поэтому задала вопрос, от которого желудок сводило от неприятного комка дрожи. Я сглотнула и провела языком по нижней губе, ощущая, как моя жизнь катится в тартарары.

 - Чего ты хочешь от меня, Хантер? – спросила я и подняла на него испуганный взгляд, в котором читалась обреченность и понимание, чего на самом деле на тот момент он от меня хотел.

Хантер подался вперед своим гибким и мощным телом хищника, улыбаясь во все тридцать два зуба.

 - Тепло, Маша, тепло.

Я взялась за молнию кофты и похолодевшими пальцами потянула вниз, открывая тонкую майку, которая плотно обтягивала мое голое тело и совершенно ничего не скрывала. Это было унизительно и мерзко.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Горячо, Маша, очень горячо.

Я потянула вниз спортивные штаны и стянула их, откидывая в сторону. Глаза защипало от обиды и понимания, что Стивен не простит такой способ спасения. Он такой правильный и порядочный, что больше мое запятнанное тело его не привлечет. А вот Хантеру было все равно.

 - Тебе разве не достаточно твоих поклонниц? Решил поживиться обычной лисицей?  – прошипела я, хватаясь за края майки и отмечая, что глаза волка неотрывно следили за моими действиями. Он пожирал и ласкал мое тело взглядом, и ему было плевать на мои чувства.

Я  дернула ткань наверх и откинула ее в сторону в сформированную кучу.

 - Я непривередлив, милая. Да и поклонницы не могут утолить мою жажду.

Хантер потянулся к заднему карману и вытащил рацию.

 - Хантер на связи. Выдвигайтесь без меня. Я вас нагоню через пятнадцать минут.

Шипение.

 - Принято, командир.

Хантер отключил рацию и плотоядно улыбнулся мне.

 - Так на чем мы там остановились?

38 Плата

Тяжесть, которая скопилась в голове из-за переживаний насчет Стивена, стала не такой удушающей, поэтому вся прыть куда-то ушла, оставив меня уязвимую стоять перед Хантером. Я не смотрела на него, а просто отвела взгляд в пол и обняла себя руками, стараясь прикрыть грудь.

 - Просто давай с этим покончим и всё, - сказала я, чувствуя шевеление прохладного воздуха вокруг себя. Хантер бесшумно как акула приближался ко мне. Он был неизбежен.

 - Я не благородный принц, поэтому воспользуюсь твоим щедрым предложением.

Я вздрогнула, когда горячие губы коснулись моей шеи, раскрываясь и выпуская горячий и влажный язык, который искушал и сбивал мое дыхание помимо воли. В голове всплыли картинки нашей последней близости, когда его горячее тело окружало и подавляло мою волю, подчиняло и оттесняло все человеческое, оставляя лишь жажду и похоть, отравляющую все органы.