К тому же, эта женщина, какой бы змеей она ни была, находилась рядом с прежним Петром, делила с ним постель и походный быт, натерпелась от его тяжелого нрава сполна. Рубить ей голову — решение эффектное, но стратегически провальное. Пусть у нас абсолютное самодержавие, но «общественное мнение» — настроения гвардии, элит и народа — всегда нужно учитывать. Пережмешь гайки — и получишь корпоративный бунт, который в реалиях XVIII века выливается в кровавую баню. Получил же настоящий Петр восстание Булавина! Рисковать активами державы ради личной мести я не имел права.
— Аннушка, — я не успел полностью сменить металл в голосе на отцовскую теплоту, но все же обратился к старшей дочери чуть мягче.
Она вздрогнула и подняла на меня огромные, полные слез глаза.
— Ты выйдешь замуж за герцога Голштинского. Но я уже выдвинул жесткое требование: жить вы будете здесь, при моем дворе. Ваш будущий сын — который станет наследником и шведского, и, во второй очереди, русского престола — должен воспитываться только здесь. В любви к России. И только так.
— Спаси Христос, батюшка… — одними губами, истово перекрестившись, выдохнула Анна.
По ее лицу пробежала тень колоссального облегчения. С ней вопрос был закрыт. Осталось только принца Голштинского не то чтобы уговорить, а просто поставить перед фактом: его новое место жительства — Петербург. Иначе свадьбы не будет. А деваться ему некуда — датчане и так уже отхватили его родовой Шлезвиг, он сейчас нищ и зависим.
— Лизетта… — я перевел тяжелый взгляд на пятнадцатилетнюю красавицу. — А тебя — только замуж.
— За кого, папа? — испуганно пискнула будущая императрица Елизавета Петровна, вжимаясь в спинку стула.
— Посмотрим. Если принца заморского, доброго да толкового не сыщем, то и среди наших, местных русских бояр жениха тебе подыщем, — спокойно бросил я. — Или… своим замужеством сослужишь ты службу России. Будет тебе добрый муж, который прославит Россию.
Надо было видеть, как скривилось ее прелестное личико! Выйти замуж за своего, за русского — для принцессы крови это считалось немыслимым понижением в статусе. А за безродного иностранца?
Я едва сдержал усмешку. На самом деле в голове управленца уже зрел дерзкий план: выдернуть из Священной Римской империи какого-нибудь гениального полководца. В моем времени я читал, что Европе сейчас хватает военных талантов. Такой топ-менеджер от войны России сейчас жизненно необходим, учитывая, что гениальный Петр Румянцев еще пешком под стол ходит, а Александр Васильевич Суворов и вовсе не родился. Кадры решают всё, а полководцы мне понадобятся очень скоро.
— И последнее, — я медленно поднялся, опираясь руками о стол, и обвел всех присутствующих свинцовым, давящим взглядом. — Пётр Алексеевич отныне — мой официальный Наследник.
Мальчишка вздрогнул, а женщины замерли.
— И от того, чтобы он жил долго, не болел «случайными» болезнями, чтобы не был отравлен, не поперхнулся косточкой и не был ложно обвинен в измене… от этого отныне зависят и ваши жизни. Всех вас. Если с его головы упадет хоть один волос — я не стану разбираться, кто виноват. На плаху пойдут все. Я должен видеть, что вы бережете его пуще собственной жизни. Смиритесь. Будьте любящими родственниками. А кто мою волю нарушит…
Я не договорил. Просто позволил тишине стать невыносимой.
Резко оттолкнувшись от стола, я шагнул к выходу. Сделал это слишком резво, на секунду позабыв о замаскированной под одеждой фляжке, куда уходил медицинский катетер. Тело тут же отозвалось острой, режущей болью в боку, но я не позволил себе даже поморщиться. Лишь крепче перехватил набалдашник трости. Спина прямая. Шаг тяжелый, неотвратимый.
Гвардейцы у дверей синхронно распахнули створки.
Сложный сегодня день вышел. Даже слишком. Но, ничего, впереди еще сложнее деньки. А потом какие… ведь придется воевать, строить, казнить и миловать, считать и анализировать…
От автора:
Не пропустили новинку? Вышел уже 3-й том серии «Казачий повар»! Повар школьной столовки попал в тело забайкальского казака в сер. XIX-го века… Том 1: https://author.today/reader/540225
Глава 22
Петербург. Зимний дворец.