– Мам, я ушёл.
Дверь хлопнула, они остались одни.
– Спасибо за омлет. Сейчас принесу одежду.
Разобрать вчера пакеты с новой одеждой Лиза не удосужилась, так и лежали на полу в спальне живописной кучкой. Лиза вытряхнула содержимое пакетов на кровать. Выбрала светлый пиджак, юбку карандаш цвета тёмного шоколада и пару ярких топов из новых коллекций. Две смены белья легли в сумку даже не распакованными.
Когда Лиза вынесла небольшую сумку на кухню, Алексей сидел, смакуя кофе из её чашки, тарелки были уже сложены в посудомойку, пакеты разобраны и содержимое, явно сложено в холодильник.
– Готово. А почему такая маленькая? Ладно, если что – купим. Ты пока собирайся, к двенадцати жду. Адрес офиса помнишь? Я убежал.
Алексей одной рукой взял сумку с вещами, другой обхватил Лизу за талию, приподнял, крутанув вокруг себя, и поцеловал в изумленно раскрытые губы.
– Не провожай.
Лиза стояла, опершись о столешницу, и трясущимися пальцами касалась горящих губ.
8
Телефон на столе тренькнул уведомлением, что Миша вошел в школу. Лиза вздрогнула, через десять минут ей нужно было быть в салоне, она планировала перед собеседованием обновить прическу и маникюр, благо бежать было до соседнего подъезда.
Парикмахером, а заодно и хозяйкой, салона была Лизина школьная подруга, с которой они поддерживали друг друга на протяжении жизненных перипетий, которых и у одной, и у другой всегда было в достатке, то деньгами, то делом, то добрым словом.
Вот и сейчас Аллка с радостью прибежала на работу на полчаса раньше, чтобы помочь подруге-авантюристке с прической, и у маникюрщицы парочку клиенток сдвинула, чтобы руки в порядок привести.
– Ну ты же понимаешь, что долг платежом красен? Давай рассказывай, во что ты опять ввязалась, что у тебя так горит?
– Аллочка, тут такое дело, мне надо сегодня влиться в офисно-планктонный аква-террариумный коллектив. Но так, чтобы ни одна тварь не заподозрила подмены. Полная и абсолютная мимикрия.
– Губы будем накачивать?
– С ума сошла?
Алла закатила глаза.
– А ты говоришь полная и абсолютная. Опять врёшь?
– Давай без членовредительства. Волосы, но только чтобы без сложной укладки, мне жить на территории заказчика до конца недели, руки, в субботу приду татуаж подправить, найдёте мне утречком окошко?
– Тааак, на таких условиях прорубим, но девочки тоже захотят послушать. Садись и рассказывай.
Пока мыли голову Алла успела Лизу чуть не утопить, когда услышала об оборотах конторы и размерах воровства.
– Ты уверена, подруга, что это безопасно, я как-то не планировала ездить в больницу к тебе с апельсинами и холодцом, да и искать на дне реки тебя хлопотно. Мишка, опять же расстроится.
– Алексей, ну, заказчик, пытается привлечь органы. Прикроют.
– Алексей, значит, ясненько. Как выгляди? Холост? Капиталы его спасёшь? Холостяки знакомые есть?
– Прекрати, а то познакомлю.
– Ой, да знакомь. Или он гей и сплошное женское разочарование?
– Нет, на оба пункта. – Лиза залилась румянцем.
– Принято, давай прическу тебе поменяем?
– Нет!
– Ну ладно, не шуми, не буду, пока.
За разговором причёску освежили и уложили, а к тому времени и маникюрщица появилась, пока она приводила в порядок руки Лизы, её заманили обещанием феерической истории на субботу поработать в выходной.
Через полтора часа Лиза вырвалась от девочек под залог совести и спокойного сна, клятвенно пообещав всё поведать в субботу, и побежала одеваться. Пора было ехать.
На собеседование она одевалась неприлично долго и тщательно. В итоге темно-синие брюки как влитые облегали её ноги, туфли на небольшом каблуке сделали ноги немного стройнее, светлый топ, в цвет пиджака, подчеркивал грудь, и открывал шею. Можно было бежать, покорять аква-террариум фирмы миллиардера. Всё-таки пришлось взять с собой рюкзак, без ноутбука Лиза чувствовала себя так, будто забыла надеть трусы, вроде, никто не обращает внимания, но крайне неудобно. Да и Алексей явно был настроен начать уже сегодня.