– И скольких ты проводила?
– Троих. Потом Тётя Лена перестала их брать. Но я одна не успевала, да и не изменилось от этого его решение меня не…
– Не продолжай…
– Спасибо.
– На вот, отнеси кому куда. И надо вот это в бухгалтерию вернуть. Мы с Еленой Степановной не договорились, но им это может понадобиться.
Лиза со стыдным облегчением передавала Арине рассортированные документы.
– Им можно не возвращать. Они как хомяки, любую бумажку, прошедшую через их руки, складывают. Не знаю, где хранят, но знаю, что любую копию могут выдать в течение получаса максимум.
– Даже так?
– Но это их личное решение.
– И никто не знает, где они это бохасьтво держат?
– Ну, на облаке где-то. Но точно не на наших серверах. Арсений жаловался, что иногда вынужден к ним на поклон ходить.
– Не сломается. Сам мог озаботиться, если такой умный.
– Или у брата спросить.
– А кто у нас брат? Волшебник?
– Нет. – Арина рассмеялась. – Сергей Сергеевич – главный юрист. Они не похожи совсем, мне иногда кажется, что у них матери разные, настолько непохожи. Но держатся вместе. Даже с прошлого места вдвоем пришли. Даже втроем. С ними ещё Семён Сергеевич, но, говорят, не родственник, просто друзья.
– А Семён Сергеевич?
– Продажник.
– А они сразу начальниками пришли?
– Нет, что вы. Они выросли, когда старые уходить начали. Сначала юрист ушёл, потом руководителя отдела продаж обидели...
– Как можно обидеть руководителя отдела продаж?
– Деньгами.
– Логично. Главное просто. Но зачем? Особенно если справлялся…
– Да, тетя Лена тогда долго рассказывала, что зазнался старый продажник, непосредственное начальство критиковал, к шефу рвался на порядки жаловаться.
– А шеф?
– Не знаю, меня чуть позже устроили, это она маме рассказывала, когда в гости приходила.
– Настолько, что ты не работая на тот момент в курсе всего происходящего?
– Мама знает даже больше. Могу поспрашивать.
– Не тереби, будем надеяться, она не запоминает ничего.
– Я пойду документы разнесу, а потом на обед.
– За мной не зайдешь? Я бы тоже поела.
Когда за Ариной закрылась дверь улетело сообщение.
«Убивать бухгалтера рано. Она может пригодиться».
Через пять минут ответ.
«И чем вызвано милосердие?»
«Новыми данными. Позже.»
– Какая интересная получается спайка. Юрист, продажник и айти. Но всё равно не хватает кого-то из принимающих решения и сидящих на деньгах.
– С собой разговариваешь?
– Приятно поговорить с умным человеком.
– Со мной можешь поговорить.
– А вы кто?
Вчерашний несуразец из лифта дымился от чувства собственной значимости.
– Главный бухгалтер этого безобразия. А ты подставляешь моих подчиненных.
– Вы сейчас о Елене Степановне? Так она всё сама, я просто зашла неудачно.
– Знаешь что? Держись как тут попроще. Твой функционал Ляха отвлекать от грустных дум. Вот и не лезь в наши дела. Всё равно ты тут на пару месяцев.
– Теперь понятно, откуда столь устойчивое мнение о помощниках генерального в бухгалтерии. Степан Андреевич, полагаю? Скажите пожалуйста, вас что больше расстроило, что я не работаю за вашу бухгалтерию, или что я при виде вас не падаю на спину?
Ох не надо было злить коротышку, но Лиза устала и от угроз и от попыток обвинить её в пониженной социальной ответственности и неспособности выполнять несложный в целом функционал, у бедолаги аж очки запотели от гнева. Выглядело бы смешно, если бы несоответствие должности, важной, но не так чтобы сильно оплачиваемой, и цены на костюм и часы, которые очкарик не стеснялся демонстрировать.
– Доумничалась, стерва!
И коротышка выскочил из кабинета, попытавшись хлопнуть дверью.
Лиза опять погрузилась в бумаги. Вот вроде, раздавала-раздавала, а куча только росла. Направлений у холдинга действительно было полно. В некоторых местах Лиза даже рекомендовала бы дробление. Не столько для уменьшения налогов, сколько для оптимизации контроля и сокращения логистических потерь на принятии решений.