Мы переглянулись, не веря своим глазам. Один за другим исписывали листы — и каждый раз результат был одинаков: пламя без огня пожирало бумагу оставляя лишь пепел.
Шло время. За окном уже сгущались сумерки, а мы всё сидели, пытаясь понять, что, чёрт возьми, происходит. Пробовали недописывать отдельные буквы, меняли формулировки, писали разные варианты ответов — всё без толку. И в этой странной, даже пугающей, но тем не менее комичной, ситуации единственным человеком, с кем я могла разделить тайну, оказался Рома — тот, кого я едва знала, и которого не всегда могла терпеть.
— Какого лешего вы творите, дебилы безмозглые?! — внезапно раздался голос дяди! Он стремительно забежал в комнату и вылил мой, уже остывший, чай на стол, где разгорался очередной лист. — Вы вообще головой своей не думаете?! — кричал он, явно собираясь дать нам обоим оплеухи. — Хотите квартиру спалить, вандалы безмозглые!
— Дядь Коль, ты не понял, тут дело в другом! — воскликнула я и быстро начала выводить на новом листе буквы алфавита и «да» с «нет».
Но на сей раз лист не загорелся… Остался целым и даже не подумал тлеть. Мы с Рома уставились на бумагу с недоумением.
— До этого все листки сами по себе начинали загораться, — пытался оправдаться он, но дядино гневное лицо всё и без слов говорило.
— Братцы мои безголовые, — процедил дядя, скрипнув зубами, — Вы ведь взрослые люди! Так как вы додумались побаловаться с огнём?
— М‑да, — многозначительно вздохнул Рома, смотря задумчиво вверх. — Вот почему всех магов называют психами. Если бы сам не видел, тоже решил, что брежу…
Мы рассмеялись от напряжения, от чего стало чуть легче.
— Смеются они, пироманы хреновы, — проворчал дядя, направляясь на кухню. — Пельмени будете, — смягчился он.
Мы с Ромкой снова переглянулись — словно заговорщики. В этот момент его телефон издал сигналку. Рома взглянул на экран и скривился, убирая его обратно.
— Что‑то с Маринкой? — спросила я.
Он отрицательно замотал головой:
— Яна опять фигнёй занимается, — фыркнул он, а его рука сжала кулаки.
Я лишь улыбнулась:
— Всё‑таки девушка… Мы всегда должны мозги парням трепать, — вспомнила дядюшкиных подружик и их отношения, — А иначе вам скучно живётся…
— Кто тебе сказал такую чушь? — донёсся с двере голос дяди. Он проходил мимо зала. — Девушка должна быть нормальной.
— Среди твоих была лишь одна такая - спокойная и милая. Тебя лишь на месяц хватило.
— Да она похлеще других была! — рявкнул он, кривясь. — В тихом омуте, такие черти водятся, что другие психи здоровыми кажутся.
Я только усмехнулась в ответ. За такими разговорами и прошёл наш вечер. Благодаря чему удалось забыть неприятные моменты сегодняшнего дня.
Глава пятая
Утром я пришла в школу раньше друзей и взялась за домашнюю работу, про которую забыла вчера. И хотя вчерашний день ясно показал, мир меняется, но я упорно цеплялась за привычные дела — будто они могли удержать меня в привычном прошлом...
Решая примеры, я заметила, что взгляд выхватывал из написанного числа десять и двадцать один. Я пыталась сосредоточиться на задачах, но эти и лезли в глаза, будто требовали запомнить их.
Закончив с домашкой, я машинально выписала надоедливые числа, комбинируя их в разных последовательностях. Смысла я не видела.
— Чё сидим? — раздался голос Ромки со стороны. Он опустился на соседний стул, сонно глядя на мои записи.
— Что тебе приходит в голову при виде чисел десять и двадцать один? — спросила я, надеясь на его интуицию.
— Номера? Или дата? — уточнил он пожимая плечами. — Двадцать первое октября? — предложил он.
— Двадцать первое октября… — повторила я и вдруг поняла: да, именно так.
— Двадцать первое… это суббота, — протянул он задумчиво. — И что будет? Вечеринка?
— Не знаю. Интуиция молчит, сволочь, — призналась я, закрывая тетрадь.
— Вчера я встретила знакомого призрака, — наклонившись к нему, прошептала я. Ромка тоже подался вперёд, стараясь расслышать меня. — Того, с кем хотела встретиться на кладбище и с кем хотела связаться через спиритическую доску. При встрече он был не похожим на себя.
— Может, это связано с нынешними событиями?
— Не уверена. — я вздохнула, — Раньше всё было проще. Это просто было — и почти никак не угрожало моей жизни. Сейчас же всё по другому, и я не знаю, что делать, как поступать… И если честно, это ужасно бесит, — я устало откинулась на спинку стула.
Лицо Ромки вдруг напряглось. Проследив за его взглядом, я увидела, что в дверях класса стояла Яна. Её глаза метали молнии: сначала в сторону Ромки, затем — в мою. Развернувшись, она демонстративно вышла в коридор, оставив неприятные ощущения после себя.