- Нет... - по моим щекам вдруг потекли слёзы. - Нет... - я не могла осознать умом что произошло, вот только я уже знала. Слёзы текли сами по себе. Крик застрял в горле, я не могла издать даже звука. Всё вокруг стало приглушенным, словно все звуки проходили через воду. Я своими руками закрыла в теле Яны душу кого-то другого.
— Это не твоя вина.
— По сути, её, — рядом возник безымянный,— Но твоя инициация ещё не закончена.
И он подхватив меня за плечи повёл через толпу. Всё расступались, а я до сих пор не понимала происходящего. Оглянулась на Яну, но не видела через толпу звериных масок, из-за которых не могла увидеть её. Я начала вертеть головой, но не видела тех, кто носил человеческие маски. Все были в звериных масках.
— Весь ужас состоял в том, что мы все — ведомые, нас ведут по историям, которые должны происходить против нашего желания, — говорил безымянный. — От нас мало что зависит. Ты научишься видеть то, что должно произойти, и поймёшь где нужно идти против течения, а где плыть по нему.
— И вы считаете это правильным? — спросила я, приходя в себя и начиная злиться.
— А что есть правильно, а что неправильно? — спросил мужчина.
— Моя подруга должна была жить! — произнесла я зло. Мой голос дрожал от негодования. — А вы заставили меня убить её собственными руками!
— Должна жить? — спросил он, но не ответил, так как мы оказались перед дверью, которую он открыл...
Мы оказались в комнате с огромным окном, через которое проникал лунный свет и осветил комнату с нечтом. Такая же жидкость преследовала нас в нави
— В этой комнате находятся те, кто будет жить вечно.— жидкость перед нами начала двигаться и надуваться… По ней нельзя было сказать, что она живая…— Смерть их не тронет... Если только ты их не убьёшь их.... -— холодно произнёс он. — Тебе же не хочется, чтобы они страдали вечность?
Я смотрела на сущностей, испытывая странное отвращение.
— Я не убийца, — твердила я, закрывая глаза,отступая назад, но спиной я ощутила лишь дверь. Обернувшись, я попыталась открыть её открыть.
— Она заперта, — услышала я насмешливый голос безымянного.
Повернувшись, я увидела мужчину, что держал нож.
Я замотала головой.
— Я не убийца. Я не буду отнимать жизнь у живых! — твердо произнесла я.
И я заметила, как от моих слов холодеет взгляд безымянного, но прежде, чем он успел что-то сказать, в его глазах отразился ужас, и он схватился за горло.
— Слишком многое себе позволяешь, смертный... — подала сущность внутри меня голос. — Договор завершён, и если я увижу ваших шавок возле моего дитя, вы знаете чего ожидать. Даю вам три дня, передайте это Кощею. “Девка” может жить столько, сколько считает нужным, но по моим правилам. За сим откланиваюсь.
После этих слов всё вспыхнуло ярким светом и исчезло и я оказалась на улице перед школой. Обессиленная рухнула на колени.
Пустынные улица перед моей школы и я находилась одна. Машины, что заставили всю территорию около школы, исчезли.
Почувствовав, что замерзаю, я поднялась и попыталась открыть школьную дверь, но она никак не поддавалась.
Я начала бить по этой чёртовой двери!
Я била от бессилья.
Била, представляя безымянного, Демьяна, Родиона и всёх тех, встречала на чёртовом вечере… А ведь если бы я послушалась призраков, то Яна, возможно, была жива.
Рыдая, я сползла по двери, понимая, что убила подругу...
Я лишила её жизни...
Я заменила её душу на другую...
Что заставляло меня задыхаться и продолжать бить эту чёртовую школьную дверь...
Но я не могла ничего сделать.
— Катя! — я почувствовала, как меня укутывают чем-то теплым, — Почему ты сбежала из больницы? Я узнала дядин голос, но не могла отреагировать на его заботу.
Я ничего не смогла сделать…
Ничего...
— Что, ну что ты тут делала? — спрашивал он тревожным голосом, обнимая меня.
Тут я заметила Рому, который смотрел на меня удивленно. Слёзы вновь потекли по моим щекам. Я закачала головой и обняла дядю и рыдая.
— Катя, ну ты чего? — от этих слов дяди слёзы потекли сильнее. Я задыхалась, не способная контролировать их.
— Я... Думаю, что стоит вернуться в больницу... — услышала я слабый дрожащий голос Ромы, который явно понимал из-за кого я плакала..
— А ты чего? Ребята, да что с вами? — вопрошал мой дядя явно не понимающий происходящего, но мы с Ромой не могли бы ответить на них, даже если бы хотели.
Глава тринадцатая. первая
Я лежала в палате под капельницей с дядей, который сидел в кресле и читал свой блокнот, и обдумывала то, что он рассказал мне только что. При этом пребывая в схожем состояние, что и перед вечеринкой "Под Луной", так я решила обозвать то мероприятие, о котором не осталось не следа.