1. Главная
  2. Книги
  3. Маркосян-Каспер Гоар
  4. Аукцион
  5. Страница 13
Выбрать главу
Его взглядом смерим, Не сразу поверив, Что это случилось… что вот за столом Собрались к обеду… И, значит, все беды — Всё там, в несвершённом былом.
… Любимых теряя, Себя уверяем, Что их больше нет… но всё верим втайне, Что живы, что дышат, Что видят и слышат В какой-то далекой стране.

Женщина:

Святое таинство самоотдачи, Это тебя я жаждала, сама того не понимая, целую жизнь… Это тебя я искала В любви — В великой, бредовой, ни на что не похожей любви…
Это ты — несбывшееся — толкало меня В обманчивые объятия… Несбыточное таинство самоотдачи, Не мне ты было суждено… Любовь моя — мной же созданная, Как огромный голодный ворон, Летала надо мной, Бессонный страж мой, Хрипло каркала Всякий раз, как я забывалась в ожидании тебя, Невозможное таинство самоотдачи… И чудо умирало, не родившись — Душа моя осталась запертой, А ключ… Бог весть, где он валяется теперь… Прошло два года, Все остальные ключи из той же связки растеряны, розданы, проданы, А тот проржавевший ключ… Бог весть, где он валяется теперь… Наверно, он был единственным? А ведь я могу полюбить другого — Я свободна. Я свободна! Я могу полюбить!.. Кого же? Невозможное таинство самоотдачи, Не похоронено ли ты на том кладбище?… Говорят там полно цветов, среди которых нет ни моих белых хризантем, ни моих оранжевых роз — только охапка засохших, осыпавшихся стихов… А новым — не взойти? Оставшиеся на этой земле Не в силах обнять меня всю, Принять меня всю — Я по крупицам раздаю себя и умираю по крупицам… Святое таинство самоотдачи — Бездонной, безмерной, Неужели ты навек останешься недостижимым для меня? Зачем же я живу тогда, зачем живу я? Зачем это гибкое, горячее тело — Неужели только как памятник холодной, безжизненной, до ужаса чужой душе?

Другая женщина:

Ни тени Надежды. Отдернутые шторы. Безупречно расправленный ковер на тахте. Усталая ночь, уходящая из бессонного дома в заспанный Город… Те же И чужая нежность Азнавура, словно Беженка под залпами Чугуно-черных пустотелых слов.

Мужчина:

За последние четверть века Понятия «умный» и «дурак» изрядно эволюционировали. Прилагательное «умный» стало синонимом проходимца и карьериста, а все, не обделенные комплексами, не умеющие создавать и эксплуатировать «деловые» связи, не обученные саморекламе и упоенной работе локтями соответственно пополнили отряд дураков. Некогда милые, рассеянные, непрактичные чудаки Стали вызывать брезгливость и скуку, А беззастенчивые проныры и ловкачи — Зависть и уважение…
Я отношу себя к малоуважаемому разряду — Разряду никчемных и ненавистных самим себе дураков… Таких, как мы, Надо распознавать и беспощадно уничтожать при рождении, Или — в случае недосмотра — пристреливать при обнаружении…
А, впрочем, мы необходимы обществу — Если б нас не было, За чей счет Подлинные глупцы продвигались бы по службе, Чьими знаниями Пользовались бы невежды, По трупам чьих талантов Пробивались к славе бездарности и конъюнктурщики, Чей совестью и щепетильностью Мостили бы себе дорогу к власти беспринципные подонки, Кем бы руководили Самодовольные диктаторы и диктаторишки всех мастей, Кого бы Ничтоже сумняшеся Направляли По прямому пути Знатоки окольных…

Женщина:

Душа моя неисчерпаемая, Сколько же в тебе огня? Сколько я его растрачивала щедро и бесплодно, А он все еще переполняет меня, Все еще разрывает меня изнутри, Бьется в тесные ребра, Властно требуя исхода…
~ 13 ~