— Неужели вы та самая пара с аукциона? — спросила она в восхищении. − Вы не возражаете, если я сфотографирую вас? Покажу всем друзьям!
Я даже растерялась от такого заявления и напора.
— Что ж… мы… ладно, давайте, — нерешительно сказал Максим. Видимо, он и сам был в небольшом шоке.
Она навела камеру и щелкнула.
— Еще разок, а то вдруг не выйдет. — Она снова щелкнула, и в эту секунду ее прервал менеджер ресторана:
— Простите, сударыня. Я попросил бы вас убрать свой фотоаппарат. Вы беспокоите клиентов.
— Хорошо, — ответила женщина. Смутившись, она вернулась за свой столик. Менеджер повернулся к нам.
— Простите за такое вторжение. Если вас будут беспокоить, позовите меня.
— Спасибо, — откликнулся Максим, переведя на меня обеспокоенный взгляд.
— Как ты думаешь, нас оставят в покое? — спросила я, тайно надеясь, что этот кошмар скоро кончится.
— Наверное, — ответил он и взял меня за руку. — Извини, я испортил тебе день.
— Нет, все в порядке, — заверила я, стараясь улыбаться как можно искренне. — Если ты не расстроился настолько, чтобы отвезти меня домой, не накормив обедом.
— Никогда в жизни. Мне пора учиться стоически принимать неприятности, — Максим подозвал официанта. — Да, кстати, как твоя сестренка? — спросил он после того, как сделал заказ.
— Замечательно. Лизка заканчивает учебу и будет искать работу, − начала рассказывать я. — Она хочет стать дизайнером и думаю, у неё все получится. Сестренка очень пробивная личность. К тому же, теперь у меня появилось больше свободного времени, которое я могу провести с ней. С Еленой Викторовной я чувствовала себя рабыней….
Я резко остановилась. Было так просто и естественно поделиться с Максимом своими планами и мечтами. Но нельзя же все время говорить только о себе.
— А как у тебя дела? — перевела разговор в другое русло.
Он рассказал мне о новом контракте, который недавно подписал. Потом мы снова поговорили о Лизке. Обед пролетел незаметно, и к одиннадцати часам мы вновь тронулись в путь. Максим решил устроить пикник. Он захватил с собой корзину с едой, плед и сок, так как за рулем ему нельзя было пить. Сначала мы около двух часов гуляли по усадьбе и прилегающей территории, а затем нашли поляну и расположились там.
− Кир, мне на следующей недели придется улететь по делам в Сингапур.
— Я позвоню тебе, когда вернусь, — сказал он, целуя меня. Поцелуй был долгим и нежным. — Я становлюсь староват для долгих поцелуев на пледе, — проворчал Максим, проводя носом по моему уху.
— Я тоже, − по коже поползли мурашки. − Но знаешь, похоже, я могла бы провести здесь вечность, в твоих объятьях.
— А почему мы не можем пойти дальше? — с придыханием спросил он, заставляя меня слегка занервничать.
— Слишком быстро, — ответила я, заливаясь краской смущения. — Я …
− Кир, не надо, − улыбнулся он, глядя на меня. — Я не собираюсь тащить тебя в постель сразу. Я понимаю, что все происходит слишком быстро, так что не переживай из−за этого.
− Спасибо, − произнесла я и была вознаграждена очередным поцелуем.
Максим улыбнулся, и мы продолжили пикник, периодически прерываясь на поцелуи. А ближе к вечеру он повез меня обратно, пообещал для начала завезти в любимый ресторан, чтобы я могла попробовать один великолепный десерт. Моя попытка воспротивится ни к чему не привела. Даже аргумент о том, что он меня сегодня обкормил не подействовал. Хотя, пока мы добрались до места, на часах было девять вечера. Припарковавшись напротив неприметного ресторанчика, Максим открыл мне дверь и помог вылезти, а затем повел внутрь. Тут было очень уютно. Приглушенный свет, небольшие столики, рассчитанные на двоих, кружевные скатерти и свечи. Очень романтично. Усевшись в углу, он подозвал официанта и заказал два кофе, а так же какой−то десерт с труднопроизносимым названием. Мы мило беседовали о разных глупостях, когда нас неожиданно прервали.