От последних слов по телу Тины пробежал озноб. Никогда в жизни она не видела убийства. И сейчас, в совокупи с этими мерзкими циничными словами из руки, девушке казалось что ее вот-вот вырвет. Крис тоже был бледнее полотна. Но уже в следующую секунду он неожиданно схватил ее за руку.
-Бежим со мной, - пробормотал он.
-Что? -не веря ушам, переспросила Тина.
-Сейчас паника. Под этот шум мы можем сесть в один из катеров…
Крис словно сочинял на ходу этот глупый план, и у Тины не было причин верить либо доверять ему. Только это был шанс. Единственный. Возможно тот самый, что она так долго ждала. Послушно, она направилась за Крисом. Но этому глупому побегу не суждено было сбыться. Уже за углом пара нос к носу столкнулась с Эссидом, шедшим в окружении своих охранников.
-А я везде ищу тебя, дорогая, - улыбнулся он, - Хорошо, что вокруг нас океан. Иначе я бы подумал, что ты сбежала.
-Я разговаривала, с…Крисом, - собрав всю свою твердость в кулак, ответила Тина.
Золотой принц будто впервые увидел мужчину возле Тины.
-А, Сормер,- фальшиво вежливо улыбнулся он,- Спасибо что присмотрели за моей девочкой. Увы, настроение вечера полностью испорчено этой глупой шуткой, - он кивнул в сторону нижней палубы, где уже смывали кровь, оставшуюся после убийства. - Поэтому нам с Тиной уже пора. Пойдем, дорогая.
В это мгновение яхту сильно качнуло. Словно от гигантской волны.
-Хороший был заряд- прицокнул языком Эссид.
Затем он бесцеремонно взял Тину за руку, уволакивая за собой.
Крис же остался на палубе совершенно один. Голова кружилась, и он сам не понимал себя. Во что он играл, решив сбежать с Тиной? Как такое вообще смогло прийти в его голову? Но главным было даже не это. И Крис лишь сейчас, когда постепенно спал адреналин, начал осознавать произошедшее: некто хотел взорвать Тристоль к чертям собачьим. И этим кем-то был старик Эван Хагсли.
Глава 5
Тина
Мою жизнь с Эссидом нельзя было назвать ужасной. Золотой принц, как того звал Крис, был бесспорно богат. Вместе мы посещали самые дорогие рестораны, лучшие места города, закрытые вечеринки. Едва завидев Эссида, почти все падали ниц, позволяя ему втаптывать их в грязь. Меня одевали в лучшую дизайнерскую одежду, вешали дорогие украшения, которые я не переносила. Как любовник Эссид был нежен и даже предупредителен. Бесспорно, ему было не занимать в опыте. Но меня никак не оставляло ощущение, что все это для него – не более чем игра. Так было, если бы кот занимался любовью с мышкой, прежде чем съесть ее. Впрочем, мое недоверие к себе чувствовал и Эссид. Поэтому в одно утро он пришел ко мне и приказал собираться.
- Дорогая, - сказал он, - Сегодня я хочу познакомить тебя с кое-кем особенным.
Эссид велел мне одеться «по-домашнему». Последнее время каждый мой наряд определял именно он. Порой я соглашалась. Порой - выбирала что-то своё. Это было то небольшое непослушание, что мне было сейчас позволено. Однако сегодня я согласилась с принцем. Погода стояла великолепная. Золотые августовские дни. Я одела светлое платье, словно на пикник, и мы с Эссидом отправились в путь. Я ожидала очередного выезда в модный загородный клуб. Один из тех, где Эссид так любил показывать меня своим друзьям. Но дорога перевела нас в небольшой домик, расположенный на прибрежной линии.
Эссид оставил автомобиль и двух своих охранников на дороге, и, взяв меня за руку, повел в сторону скромного строения. Домик был небольшим. Светло серым. На самом берегу. Вокруг колосилась сухая трава, горланили свою морскую песнь чайки. На деревянной открытой веранде висел гамак. Рядом стояли два плетеных кресла, ротанговый столик, початая бутылка красного вина на нем…
Эссид легонько постучал костяшками пальцев в окно. Но нам никто не ответил. Тогда, пошарив под ковриком, Эссид конечно же извлёк «потайной» ключ. И мы вошли в дом.
Внутри было очень опрятно. Милый, нечем не примечательный интерьер в модных серых тонах. Аккуратно. Чисто. Будто здесь и вовсе никто не живёт.
- Вероника! - позвал Эссид. Но ответа не последовало.
- Подождём ее, - улыбнулся Эссид, и присел на диван в гостиной. Абсолютно расслаблено, словно он был у себя дома.
Я же стала осматриваться по сторонам. Единственным ярким пятном в комнате была картина над камином. Бледно-красные разводы. Нечто не ясное. По форме напоминающее … младенца?
В этот момент входная дверь растворилась, и на пороге появилась женщина.