Эссид говорил все это и улыбался так, будто в мире нет ничего более забавного. Будто ради его развлечения не погиб живой человек. Слушая все это, я поняла одну важную вещь.
- Мне жаль тебя, - прошептала я.
Губы мои были сухими, солёными от слез. Голос звучал непривычно тихо, но вместе с тем твердо.
- Жаль? Меня?! - усмехнулся Эссид.
- У тебя нет сердца. Нет души, - продолжила я. - Сколько ни покупай ты людей, сколько не притворяйся, никто не сможет полюбить тебя. Ничто не заполнит пустоту у тебя внутри. И когда-нибудь, поверь мне, эта пустота сама убьет тебя.
Лицо Эссида переменилось. Из дружелюбно-насмешливого мигом превратившись в уродливую маску порока.
- Думаешь душа была у этого твоего дружка? Я уверен, он затеял все лишь ради того, чтобы оттрахать тебя. Ты ведь весьма горячая шлюшка и наверняка обещала ему многое. А потом, испугавшись, он выбрал отравиться и оставить тебя здесь одну.
- Судишь всех по самому себе? - холодно спросила я Эссида.
Тот нагнулся ко мне и прорычал:
- Ползи отсюда, пока цела. Тебе повезло, что я всегда держу свое слово. А твоему любовнику я обещал отпустить тебя, тварь. Иначе ты уже могла бы разделить с ним его участь.
С этими словами Эссид достал пистолет, пытаясь тщетно доказать мне, кто здесь владеет ситуацией.
- Я не оставлю вам Криса, - упорно повторила я. - Поверь, в отличие от тебя. у него была душа. И сердце, способное любить. Но тебе ведь такого никогда не понять, не так ли?
Эссид прорычал что-то на арабском, со всей силы размахнулся и ударил меня по голове прикладом пистолета.
Когда я очнулась, перевалило за полдень. Голова страшно гудела. Тела Криса возле меня не было. Я сжалась калачиком на земле и горько заплакала. Когда же слезы наконец высохли, и я нашла в себе силы встать, то увидела, что эти уроды оставили мне карту, навигатор и рацию. Мерзкие, самонадеянные монстры, считающие себя повелителями судеб людей.
Я посмотрела на карту. Исходя из нее, мне оставалось идти часа три. Значит, я могла успеть до полной темноты. Но сначала я разделась. Вывернула всю одежду. Проверила каждую вещь на наличие жучков. А потом рассмеялась сама себе: если эти люди захотят, они найдут меня и так.
Взяв вещи, я побрела по лесу, стараясь придерживаться пути, проложенному Крисом по навигатору.
Ближе к вечеру я стала проверять рацию. Сначала сигнала не было. Но затем я услышала шипение. Я поймала волну!
- Прием! - проговорила я слабым голосом. На другой стороне меня встретило молчание.
- Прием. Прием, - тихо повторила я, не надеясь уже ни на что.
И тут я услышала голос отца.
- Тина? Тина?! Прием! Прием!
Не помню, как я прошла оставшийся путь. Но вот наконец я увидела его. Моего отца. В походной одежде. Бледного. Измученного страхами и ожиданием. Но такого родного. С секунду мы глядели друг на друга, будто не веря, что этот миг наконец настал и мы снова вместе. А затем я упала в его объятья и заплакала.
Я плакала о себе, о Крисе, о всех тех, кто был на Тристоле до меня, и кто ещё попадет в лапы этих людей. Но для меня этот отрезок жизни был наконец пройден.
Послесловие