Боже! Какая она была хорошенькая! А юркая! Она обещала вокруг руки, потом перебралась на другую руку. Пробежала по руке к шее и опять спустилась на ладошку. Остановилась и уставилась в ожидании глядя на меня. И чего она хочет?
Я поглядел на графа, чтобы уточнить у него в чем дело. Но не успела по двум причинам.
Во-первых выражение лица графа, говорило о полном его шоке, а во-вторых со стороны ручья раздался плеск.
Вопрос застрял внутри меня и я повернула голову к ручью. А там из воды на меня смотрела прозрачно-серебристая ящерка.
Практически родная сестра золотой.
Я на автомате протянула руку и к ней. Она точно так же шустро запрыгнула ко мне на руку и, как до этого проделала золотая, пробежалась по мне.
Затем они уже вдвоем устроили убегалки-догонялки по мне.
Я сидела, кажется, не дыша с расставленными в стороны руками и старалась уследить за этим золотисто-серебрянным дуэтом.
Мне совсем не было страшно, как может показаться.
Просто это было настолько неожиданно, что ни слов, никаких других эмоций, кроме любопытства, у меня сейчас не было.
Подняв опять глаза на графа поняла, что сейчас он мне не советчик.
И что сейчас, просто не мешать ящерка, похоже самое мудрое решение.
Все было хорошо, пока они бегали с наружи, но потом золотая скользнула в правый рукав, серебренная – в левый.
И тут меня начала накрывать паника.
Я попыталась похлопать себя по рукам, но это ни к чему не привело.
И тут я почувствовала, что запястья обеих рук зажгло: одно жаром, второе холодом. Причем где холод, а где жар определить мне было сложно. Оказывается эти два, по сути, противоположные ощущения - одинаковы по восприятию.
Я начала задирать рукава, чуть не разрывая их.
Моему взору открылась картина маслом - на запястьях обеих рук были браслеты-татуировки ящерок. На правой, как золотой браслет-ящерка, на левой - серебряный.
Я вытянула руки вперёд и в немом вопросе показала их графу.
Тот молча, с потрясенным выражением на лице встал на ноги, а потом опустился передо мной на одно колено.
Мало того, что никто ничего не объясняет, а еще и на колени падают......
Так ещё и за спиной раздался какой-то шум.
Оглянулась и опять потеряла дар речи!
Там все Величества и старший лагеря стояли точно в такой же позе, как и граф Жден.
Мне кто-нибудь, что-нибудь объяснит?!
Это дар речи меня покинул, а вот вопросы в моей голове множились в геометрической прогрессии.
А главное, что они подливали масло в огонь моей паники.
И паника была им за это благодарна и уже практически накрыла меня с головой.
Спасибо, Наше Величество, пришел мне на помощь. Он встал, подошёл ко мне и обняв меня за плечи притянул к себе.
Мне так захотелось спрятаться от всего этого. Я вцепилась в лацканы его одежды и уткнулась носом ему в грудь. А он прижал меня еще крепче одной рукой, а второй гладил по голове
- Тихо, тихо, Ангел, ты наш! Успокойся, всё хорошо!
- Что хорошо?! Что хорошо?! Вы видели, что со мной случилось?! - я отстранилась и попыталась заглянуть в его глаза.
Он что, издевается?
- Да, мы все всё видели! - он улыбнулся мне.
Если он решил, что это меня успокоил, то он ооооочень ошибался!
- Вы можете мне объяснить, что здесь происходит?! - попыталась быть здравомыслящей я
- А что тут объяснять? Только что боги сами объяснили всем, кто сильно сомневался, что герцогиня Есмина Аурейская, Ангел - посланница Верховных Богов Яррил-Ра и Луна-Мун и детей их Богини Солены и Бога Темура!
Занавес! И полная перезагрузка системы - у меня!
Глава 12
На ночлег мы все таки вернулись в свой лагерь.
Правда, ночлегом это назвать трудно, потому что вернулись мы практически к рассвету.
Пленные пришли в себя и мы их все таки допросили.
После первого шумного, но в принципе, бесполезного совещания в лагере оборотней, моего срыва и приобретения новых жильцов (вот никак не поворачивается язык назвать ящерок татушками), Величества вновь засели в палатке и уже решали вопросы по существу.
В начале все успокоились.
Я в том числе.
Меня, правда, успокаивали уже всем командным составом.
Честно скажу, мне в тот момент было плевать на все их титулы, звания и высоту их корон. Я была напугана, ничего не понимала. Женщина в панике, во всех мирах, одинаковое стихийное бедствие.
А то, что они все, вместо того, чтобы мне хоть как то объяснить, что и к чему, падают на колени - спокойствия мне не прибавляло.