- Но поощряешь. - Вставляет дядь Вова плавно паря по дороге.
- Я не виновата в том, что человек уже имеет вредную привычку. Я лишь даю ему приятный бонус.
- А на счет биографии, - возвращаюсь к тому, что меня больше всего задело, - Сколько примеров того, что даже президентами становились те, кто был далек от политической карьеры. Взять даже Шварценеггера. Сколько лет он в трусах расхаживал мышцы на сцене демонстрируя? Губернатором это ему стать не помешало. - Довольная собой отвечаю, за что получаю взгляд уже какой-то другой, удивленный и с улыбкой. Ага. То-то же.
- Приехали.
11
- Только бабуле не говорите... пожалуйста. - Прошу я.
- Хорошо. - Сухо отвечает и пропустив меня вперед захлопывает металлическую дверь.
- Спасибо. Я скажу, что споткнулась и локтем об стену ударилась. Да и она вряд ли заметит, - подымаясь по ступеням чуть развернувшись продолжаю я. Если уж я заметила только когда меня доктор раздеться попросил, потому что ткань рубашки уже успела к ране припечататься, то при бабуле достаточно просто носить что-то с длинным рукавом.
Вспоминаю как заойкала от неожиданности, больно было так, что говорящий с кем-то по сотовому дядь Вова аж ругаться перестал и на меня уставился.
Пока в лифте подымаемся поправляю одежду и волосы приглаживаю. Хочется еще раз извинится за это, как и за то, что ему врать придется, но боюсь что это будет уже раз пятисотый за этот день, но ведь во благо, незачем бабуле еще и об этом тревожиться.
Лифт тяжело растягивает свои двери врозь и я вылетаю из него первой. Чувствовать на себе этот испепеляющий взгляд невыносимо. Возможно так и ведут себя недовольные поведением отцы: всем своим видом показывают недовольство и разочарование в чаде, а на самом деле, жутко волнуясь и тревожась, но он ведь мне не отец, и даже никакой не близкий родственник, всего лишь мамин и папин друг, так почему же?
От такого внезапного участия в моей, то есть нашей с бабулей жизнях, и такого негласного опекунства меня уже немного подташнивает, хотя и благодарить тоже, есть за что. За много что!
А тут еще эта ситуация... Как тут отвертишься теперь. Понятное дело, что он меня не мог там оставить, и в навороченную клинику, где его по имени и отчеству зовут, наверное тоже не отвезти не мог...
- Привет бабуль, - кричу я открывая дверь, - А я не одна, - Специально громко говорю. Бабуля иногда как что-то ляпнет... А у нас тут гость.
Пока разуваюсь слышу как бабуля идет, а появившись застывает в дверях.
- Вова! - Обе руки чуть выше груди складывает изумленно, - Ты что не сказала! - На меня убийственно стреляет. А я что? Я последние два часа под пристальным присмотром нахожусь. - Я же не приготовила ничего. Я же не думала что ты к нам наконец-то в гости пожалуешь, - нежным голоском припевая и одновременно краснея говорит женщина.
- Я рядом проезжал, Аурику заметил и решил уже и к вам наведаться.
- У меня есть борщ! Говорят вчерашний самый вкусный! - спохватывается бабуля игнорируя слова мужчины. Накормить - это ее главная миссия.
Рискую посмотреть назад, на него, быстро. Все такой же натянут по струнке, но лицо чуть расслабление выглядит.
- Я не голоден, спасибо Марья Аскольдовна.
- Я могу быстренько оладьи сделать! - с горящими глазами убеждает та, чем вызывает у меня улыбку и долгожданное чувство спокойствия. Он на нашей территории, тут правим мы. Ну... в данном случаи Марья Аскольдовна. - С малиновым вареньем, Вов?! Только его с собой взяли, остальное Верке отдала. А это... м-м-м обалденное, - зазывает бабуля.
Откажись, откажись, откажись, - молю про себя я. Хочется одной побыть, без его давящего присутствия. Многим обязаны знаю: но это будто по ногам и рукам связывает, по горлу тоже проходясь. Не могу спокойно жить, зная что не наше это. Хотя не прикопаешься, квартира целиком и полностью на мне.
- Ладно, оладьи сто лет не ел.
Загораясь и будто включив максимальную скорость женщина показав гостю пальцем «сию минуту» чуть ли не бежит обратно на кухню.
Блин. Мог бы и отказаться. Прям уж сто лет?! Думаю я, когда гость снимает свои неприлично дорогие башмаки.
Показав где кухня, я иду в свою комнату. Подключаю телефон к зарядному устройству и не открывая смахиваю вверх уведомления. Два от Вени, и штук двадцать от Соньки. Так хочется из все вскрыть и утонуть. С Веней ,наверное, о вечере будем общаться и Каруселе, с Соней о ее вчерашнем свидании с американцем.