Аурика долго молчала, справляясь с собой. Даже исчезла. И из дальнего угла уже снова негромко проговорила:
– Мы с мамой, как папы дома нет, из её лаборатории вместе переносили в тайничок всё, что она делала.
– И оттоманку? – удивился Артур. – Она ж большая.
– Сплав пенного золота лёгкий, – Аурика сделала в воздухе балетное па. Она и правда была похожа на балерину.
Такая хорошая.
– Понятно.
– Мы хотели презентовать папе лечебную комнату ко дню рождения, – Аурика приблизилась к Артуру, – оставалось меньше трёх недель. Всё было почти готово… Ну, идём?
Артур поднялся с пола, но первым делом взглянул на часы. Вечеринка родителей в полном разгаре. Ещё не звонили, но скоро его будут искать…
Не долетев до заветной дверцы, к которой устремилась, Аурика резко затормозила и виновато развела руками.
– Прости. Я задержала тебя, – пролепетала она чуть слышно, – думаю, ты сделал всё, что мог. Беги скорее домой – и спасибо тебе. Огромное.
– Я пойду, мне надо, да… – кивнул Артур. – Но а ты? Как ты?
– А что я? – теперь уже всплеснула руками Аурика. – Я здесь останусь. Навсегда, наверное.
– Ты по этому поводу с другими привидениями общалась? – поинтересовался Артур. – Как это у вас вообще устроено? Я без сарказма – но есть же какие-то законы…
– Общалась я с другими, да… – прошелестела Аурика. И стала как-то сразу бледнее. Интерьер разрушенной спальни проступил сквозь неё более отчётливо. – Всё у всех по-разному.
– А тяжело быть призраком?
– Тошно. – Аурика сказала это так, что Артуру показалось, будто стены качнулись. Так им было тяжело – вместе с Аурикой нести её тоску.
– Да, да… – закивал Артур, стараясь прекратить этот разговор.
Но Аурика продолжала – и вокруг неё, казалось, возникла ярко-оранжевая аура:
– Есть места, где призраки тысячу лет людям являются. А вот зачем – они и сами не знают. Какому-то призраку надо вдруг появляться в самую полночь на перекрёстке дорог… Или тому, кто один идёт. Или только тому, кто с запада. Самые разные условия. Кто-то из людей знает это, кто-то верит, кто-то нет, кто-то случайно привидению попадается… Кто-то сильно заранее боится или просто теряется от испуга. И призрак представь, как мучается, – бессмысленный в своём существовании. Не хочет, а должен явиться…
– Тошно, понимаю… – Артур попытался представить, что бы делал он на таком посту. И тут ему вспомнилось: – А что ты мне сказала, помнишь? Ты явилась тому, кто может тебе помочь! И что, получается, всё это время – являясь эту самую тысячу лет – привидения ждут, что кто-то им поможет?
Артур сказал это – и сам ахнул. Ведь, а на самом-то деле, вдруг так и есть? А?
– Наверно, да, – тихо согласилась Аурика. – Просто эти другие привидения не знают, как им можно помочь.
– Это ты сейчас предположила – или тебе ваши сказали? – уточнил Артур.
– Сейчас предположила. – Аурика стала суше и официальнее. Всё-таки обиделась. – Не получается у нас с другими привидениями общение. Нужно желание, наверное. Очень сильное. А как его найти в пустой душе? От меня же только оболочка, наверно, есть. Я и сама не знаю. Существую вот, летаю, зависаю… Призраки почти не общаются между собой. Зачем? Нам нет друг до друга дела – мы не можем помочь друг другу. Есть только у каждого своя беда. Или своя история. Которую надо или завершить с живыми. Или не завершать никогда – если эта история не может разрешиться. Никак.
– Никак… – эхом повторил Артур.
– Да, бывает и такое.
– Чтобы исчез призрак, надо похоронить тело?
– Наверное, – проговорила Аурика.
– Так давай я тебя…
– Нет. – Ответила Аурика.
Долго молчала. Молчал и Артур.
– Ну, иди, – привидение было благородным. – Ты хотя бы попытался мне помочь. И ты дверь открыл!
– Но твоё тело… – начал Артур.
– Я никого к нему не пущу, – пообещала Аурика. – Спасибо.
Артур спустился по ступенькам. Аурика лишь мелькнула, когда он боком протискивался в заклинившую входную дверь.