Долго шёл с гироскутером в руках. Ехал – сколько хватило электрического заряда. Вызвал такси – и всю дорогу объяснялся с мамой, которая всё-таки начала его разыскивать.
Вышел из такси у ворот посёлка, добежал до коттеджа, предъявил гироскутер гостям: «С ребятами катался…»
И всё это без мыслей. Без чувств.
И сон его был таким же. Как мёртвым.
Глава 5. Плюшевая мантия
Жара сменилась дождями. Скорыми, ливневыми. Артур сидел дома, ездил с родителями в город. Но то и дело – или на белой стене, или на чёрном полотне ночи память рисовала ему девочку в старинном платье. Она ничего не говорила, никуда не звала. Просто виделась. Не так, как в заброшенном доме – ярко, чётко: ну привидение так привидение! А всё той же бледной тенью призрака, грустным воспоминанием.
Артур пытался себя отвлечь: играл в телефоне, смотрел кино. Когда посреди фильма вдруг на экране показался тот самый замок, и было видно, как в нём кто-то машет из окна, Артур понял – надо вернуться.
Вернуться и, как говорит мама, закрыть гештальт. Сделать так, чтобы недоделанное дело оказалось доделанным и больше не тянуло за душу. «Аурика, Аурика, – бросив смотреть кино, повторял Артур, – ну догадайся, ну найди главного призрака, проконсультируйся как следует! Ну что сделать-то надо?»
…Когда он садился в такси, жалобно светило солнце. Жалобно и как будто прощально – потому что на горизонте показалась чёрная грозовая туча. Как только машина выехала из коттеджного посёлка, поднялся ветер. Чёрная туча полетела за ней – Артур специально оглядывался. Быстро летела, как будто собиралась догнать. Ветер усиливался, в стекло летела взвихрённая пыль, стучали камешки.
Темнело – хотя до ночи было ещё далеко…
– Нет, туда сворачивать не буду, – отрицательно покачал головой таксист, когда Артур предложил съехать на старую дорогу, которая вела к развалинам, – не выберусь. Тягач придётся вызывать – ты будешь оплачивать?
Хлопнула дверца, машина уехала. Над равниной сверкнула молния, а над головой Артура ударил гром. Чёрная туча заслонила всё небо. Да, и первые капли уже принялись падать на растрескавшийся асфальт – а Артур побежал.
Он бежал, когда поливал ливень, бежал, когда ливень стал косым дождём, а ветер уронил придорожный столб – вот так мощно он дул. У металлических ворот набралась широкая лужа, по ней Артур шлёпал уже, не вдаваясь в детали.
И дорожка, ведущая к дому, была залита водой. Под водой, на старом асфальте оказался слой грязи, Артур два раза поскользнулся и упал. Протиснулся в дверь, которая от дождей разбухла – и щель стала ещё уже. Грязный, мокрый, прошёл по большой гостиной и столовой.
Ветра тут не было, дождя тоже. Сухо и пыльно. Всё, как и раньше. Очень темно – и света не включишь. Артур практически на ощупь отыскал возле перевёрнутого дивана мягкую штору или даже покрывало. Стуча зубами, завернулся в него. Сбросил хлюпающие кроссовки, снял носки. Мокрая одежда не давала возможности согреться. Артур решил снять её, прямо вот под покрывалом – чтобы Аурика не увидела. И ходить вот так, в мантии. Он уже снял джинсы и принялся их развешивать на спинке стула, как вдруг похолодел: а что, если привидение способно видеть сквозь покрывало?! И будет он в одних трусах разговаривать с Аурикой. Будет стоять, мантией укрытый, а Аурика всё равно увидит своим привиденческим зрением, что под мантией голыш!
– Ну, тогда бы я видела бы тебя даже через джинсы и трусы, – раздался Аурикин голос. – Так что не переживай – накрылся и грейся. Я только мысли читаю, а взглядом не раздеваю.
– Нет? – желая провалиться сквозь землю, проговорил Артур.
– Нет.
Конечно, в миг, когда Артур подумал о том, что привидение может видеть его голым под мантией, руки его задрожали, тяжёлые влажные джинсы, которые он пытался спешно натянуть, упали на пол, а покрывало соскользнуло. Мокрый дрожащий молодой человек без штанов, но в майке, предстал перед привидением, не удержался на ногах, шлёпнулся, судорожно потянул на себя покрывало…
– Да не смотрю я!
Артур закутался в злосчастную мантию неуклюжего дурачка, подполз к дивану и вжался в него спиной.
Аурика появилась на фоне стены. За окнами шумно бушевал дождь, а в тёмном помещении, словно подсвеченное изнутри, висело прекрасное привидение. Колыхались пышные рукава и оборки платья, высокие шнурованные ботинки беззаботно покачивались в воздухе.
– Зачем ты мне являешься? – спросил Артур.
Послышался тихий смех:
– Я не являюсь.
– Но я вижу тебя! Часто.
Лицо Аурики вмиг оказалось возле лица Артура.
– Ты видишь меня потому, что хочешь видеть. Только и всего. Что-то по поводу меня не даёт тебе покоя.