Ксаверий закашлялся и замолчал. Артур, не отрываясь, смотрел на него. Казалось, что его лицо становится темнее и темнее. А глаза превращаются в чёрные провалы.
– Мария лежала на дорожке, – продолжил Ксаверий. – А голова её – на бордюрном камне. Прямо над Марией было открыто окно второго этажа. Она наверняка спасалась от бандитов, выпрыгнула в окно. Но вот так неудачно… Острый выступ камня, нежный висок, глубокий пролом. Крови вылилась всего лишь капелька. Думаю, Мария умерла мгновенно. Бандиты это тоже поняли. Убрались вон. А я…
– Я этого не знала, папочка! – с криком металась от стены к стене Аурика.
– Все комнаты! Я оббежал все комнаты! – срывая голос, воскликнул Ксаверий. – Я звал тебя. Где же ты была, Аурика? Да, Артур сказал мне и показал… По видеосвязи. Но, Аурика… Аурика! За что это всё случилось с нами?
– Папа! – стон Аурики заставил вздрогнуть заброшенный дом.
– Мне нужно было похоронить Марию. – Ксаверий скрипнул зубами и сузил глаза, вспоминая те события. – Я рассказал об этом Олегу и Тамаре, попросил их уехать, никогда сюда не возвращаться. И ни о чём никому не рассказывать. А сам нанял рабочих, заказал материалы. И всё это время, когда я оплакивал свою жену, а во дворе строили склеп и тесали из камня могилу, ты была, оказывается, здесь, девочка!
– Я звала вас, папа!
– Я тоже тебя звал… Я бродил по нашему разгромленному дому, нашему разбитому счастью. Не нашёл тебя – и решил, что бандиты украли и увезли нашу Аурику. Каждый миг ждал и держал в руке телефон – вдруг, будут звонить, требовать выкуп, шантажировать, заставлять обменять на информацию… Но никто мне не звонил. В детской я каждый сантиметр осмотрел, в подвале, в кухне и кладовках. А комнатка ваша подарочная. Ох эти сюрпризы… Не знал я про неё!
Артур увидел, с какой силой Ксаверий сжал кулаки. Казалось, вот-вот кожа треснет, появятся переплетённые натянутыми жилами кости…
– Я слышала, как мама кричала преступникам: «Хорошо, что я увезла нашу дочь так далеко, что вы её не найдёте! А формулы ищите сколько хотите…» – сообщила отцу Аурика.
– Ну конечно! – он вздрогнул. – Твоя мама отводила внимание от своей доченьки. Она же знала, что ты с ней, ты в доме… Может, это она тебя и задвинула шкафом – замаскировала таким образом, отвлекла бандитов от двери… Раз они сдвигали мебель, может, ей это удалось. Замаскировала – чтобы я, когда вернулся домой, нашёл тебя. А я не нашёл! Не нашёл!!!
Ксаверий крикнул это так, что, казалось, в горле у него что-то лопнуло – и это были последние звуки, которые ему удалось извлечь. Уронив голову на руки, Ксаверий замер.
Наступила тишина.
Положив бесплотные ладони отцу на плечи, Аурика чуть колыхалась в воздухе.
Прошло довольно много времени, прежде чем Ксаверий поднял голову. И сказал:
– Я покажу вам, где похоронена Мария. Идёмте.
Глава 12. Здесь будет три могилы…
Артур понял, куда они идут, – и действительно, Ксаверий привёл к склепу во дворе, навалился на каменные створки и жестом пригласил Артура сделать то же самое. Но Артур знал, что откроются они легко.
Что и произошло.
– Мама покоится здесь? – раздался дрожащий голосок Аурики.
Ксаверий, который прижался к высокой каменной гробнице, чуть слышно простонал: «Да!»
– А я… А я не понимала, – оказавшись рядом с ним, произнесла Аурика. – И мне вообще не удавалось общаться с мёртвыми. Даже с мамой…
– Что же это такое с нами, моя девочка? – прошептал Аурикин отец.
И тихо заплакал.
Аурика заплакала на весь склеп.
Артур оставил их одних и выбрался на улицу. Отошёл подальше от склепа, сел на неровный каменный брус – наверное, не пригодившийся при постройке.
Ярко сияло солнце. По краю небосвода бродили тёмные дождевые тучи, но ветра не было. С жизнеутверждающими криками рассекали воздух стрижи. А там, в склепе, семья воссоединилась. Один живой, один мёртвый и одно привидение… Как они теперь будут дальше? Что им делать? Зачем такое горе достаётся людям?
Чтобы загнать обратно в глаза предательские слёзы, которые появились, как только Артур подумал об Аурике и её родителях, он запрокинул голову. А когда опустил её, то увидел на пороге склепа Ксаверия. Он стоял, уставившись в одну точку. Артура не замечал.